Река нефте- и газодолларов, снабжавшая российскую экономику твердой валютой для закупки импорта и оплаты внешних обязательств, стремительно «пересыхает» из-за бойкота, объявленного крупнейшими покупателями сырья в ЕС.
По итогам марта поступления в страну валютной выручки от продажи углеводородов схлопулись почти в 2 раза, сообщает РБК со ссылкой на статистику по входящим платежам в системе ЦБ.
В целом ориентированные на экспорт отрасли зафиксировали снижение выручки на 12%, но в секторе добычи нефти и газа спад оказался выше в 4,5 раза. Начавшись в феврале (-29,2%), к марту он достиг 47,8% и стал рекордным с весны 2020 года. Тогда сжатие нефтегазовых доходов объяснялось падением цен на нефть и пандемией, теперь же по ключевой отрасли российской экономики ударили «негласные санкции» европейских стран.
Хотя ЕС формально не вводил нефтяного эмбарго в отношении РФ, ключевые энергоконцерны, включая Shell, Eni и TotalEnergies, начали отказываться от сорта Urals, который стал «токсичным» в глазах НПЗ и танкерных перевозчиков, опасающихся попасть под санкции.
В результате к концу марта экспорт российской нефти упал на 26% (по оценке Bloomberg), несмотря на скидки, которые достигали 30-35 долларов за баррель.
Не нашедшие спроса баррели остались в российких хранилищах, и к концу марта их стало столько, что «Транснефть» ввела ограничения на прием сырья. За прошедший месяц миллион тонн «черного золота» остался в резервуарах, а с начала апреля этот избыток увеличился еще на 756 тысяч тонн.
Одно только падение цен на Urals относительно других сортов лишает экономику 3 млрд долларов валютных доходов ежемесячно, оценивает главный экономист Альфа-банка Наталия Орлова.
В ближайшие месяцы начнут проседать физические объемы экспорта, причем не только углеводородов, но и металлов, что «приведет к дополнительным потерям», предупреждает она: из 45 млрд долларов ежемесячной экспортной выручки останется не больше 30 млрд.
«Забастовка» покупателей нефти уже ударила по бюджету, который в марте, по оценке Минфина, недополучил 300 млрд рублей нефтегазовых доходов.


