ЛОНСЕСТОН, Австралия, 30 мар (Рейтер) - Спустя месяц после начала конфликта США и Израиля с Ираном мировые рынки поставок нефти, нефтепродуктов и сжиженного природного газа уже со вторым по тяжести из возможных сценариев.
Все зависит от ситуации в Ормузском проливе. Этот стратегический узел, через который в обычных условиях проходит около 20% мировых поставок нефти, нефтепродуктов и СПГ, по-прежнему фактически закрыт для большинства судов, что ставит энергетические рынки в крайне уязвимое положение. В этих условиях утверждения Вашингтона или Израиля о том, что они тем или иным образом побеждают в войне против Ирана, в значительной мере не имеют значения. Американо-израильская воздушная кампания действительно привела к устранению иранского руководства и ослаблению боеспособности иранских вооруженных сил. Однако реальность такова, что большинство танкеров по-прежнему не могут безопасно пройти через Ормузский пролив, в то время как Иран наглядно показал, что способен поражать энергетическую и другую критическую инфраструктуру по всему региону Персидского залива. В результате Тегеран определяет повестку в информационном пространстве, но, что куда существеннее, держит мировую экономику в заложниках.
Как будет выглядеть наихудший сценарий? Это была бы резкая эскалация, в ходе которой Иран нанес бы масштабный ущерб энергетической инфраструктуре в регионе Персидского залива, совершая удары ракетами и беспилотниками по трубопроводам, НПЗ, перерабатывающим предприятиям и экспортным терминалам. Вероятным поводом для подобных действий стала бы попытка наземных сил США захватить и удерживать территории, находящиеся под контролем Ирана, - такие как нефтяной терминал на острове Харг и небольшие острова в Ормузском проливе.
Президент США Дональд Трамп, как сообщается, рассматривает возможность ввода наземных войск, в то время как американское военное присутствие в регионе наращиваются.
Однако даже успешное с военной точки зрения вторжение окажется бессмысленным, если оно спровоцирует масштабное разрушение энергетической инфраструктуры, превратив уже серьезный кризис на рынках в беспрецедентную глобальную энергетическую катастрофу. Судя по контрактам на нефть марки Brent, фьючерсный рынок нефти по-прежнему в значительной мере закладывает в цены деэскалацию и возобновление нормального судоходства через Ормузский пролив в конечном счете.
Фьючерсы на нефть марки Brent к 12:07 МСК снизились на 0,59% до $112,11 за баррель, тогда как
Это может выглядеть как сильное ралли, однако оно меркнет на фоне физических цен на нефтепродукты в Азии, где последствия нынешнего кризиса ощущаются наиболее остро. Спотовые цены на авиационный керосин в Сингапуре <JET-SIN> завершили торги 27 марта на отметке $222,77 за баррель - чуть ниже
Газойль , который является основным компонентом дизельного топлива и авиакеросина, 27 марта на уровне $182,76 за баррель - почти вдвое выше отметки $91,42, зафиксированной 27 февраля. Бензин завершил на уровне $130,52, - на 65% выше значения, зафиксированного накануне начала конфликта.
Такая ценовая картина свидетельствует об острой нехватке нефти на азиатских НПЗ, а импортеры топлива, такие как Австралия и Индонезия, в срочном порядке пытаются обеспечить себя необходимыми объемами поставок.
КРИЗИС РАСПРОСТРАНИТСЯ
Стресс на азиатских рынках нефтепродуктов отражает тот факт, что последствия войны в Иране в первую очередь ударили по этому региону, что неудивительно, учитывая, что Азия является пунктом назначения примерно для 80% нефти и нефтепродуктов, транспортируемых через Ормузский пролив.
Однако негативные последствия, которые ощущаются Азия, быстро распространятся по всему миру: нефтепереработчики и импортеры топлива начнут перетягивать дефицитные партии из Атлантического бассейна, что повлечет за собой рост цен далеко за пределами региона. Суть проблемы состоит в том, что мир фактически лишился примерно 12 миллионов баррелей в сутки
В последние месяцы через Ормузский пролив проходило около 19 миллионов баррелей в сутки, однако сейчас этот поток практически остановился: в марте через пролив прошло лишь считанное количество судов. Наращивание Саудовской Аравией экспорта через порты на Красном море и увеличение ОАЭ отгрузок из Фуджейры на побережье Оманского залива частично компенсировали потери объемов через этот важнейший транзитный коридор. Однако
Реальный риск состоит в том, что конфликт с Ираном затянется или еще больше обострится в предстоящие недели. Представим, что наземное вторжение США спровоцирует иранские удары по саудовскому трубопроводу, идущему к Красному морю, или по критически важным объектам в Фуджейре. Или представим, что йеменские хуситы практически перекроют пролив Баб-эль-Мандеб между Красным морем и Аденским заливом, что означало бы, что саудовский экспорт мог бы следовать только на север через Суэцкий канал, существенно увеличивая время в пути, стоимость транспортировки и создало бы заторы на маршрутах в Азию. Риск заключается в том, что рынки нефти и СПГ, возможно, должны будут начать закладывать в цены долгосрочные перебои в поставках с Ближнего Востока - то, чего они в полной мере еще не сделали.
Оригинал сообщения на английском языке доступен по коду:
(Клайд Рассел является обозревателем Рейтер и выражает собственное мнение, перевела Ая Лмахамад)
