До начала войны на Ближнем Востоке нефтедобыча в России падала три месяца подряд на фоне ужесточившихся санкций, сокращения закупок Индией и рекордных скидок на российское сырье. Оживление поставок в марте из-за перекрытия Ормузского пролива, казалось бы, могло позволить нарастить производство. В реальности оно снова снизится, так как Украина своими беспилотниками вывела из строя огромную часть экспортной инфраструктуры, пишет Reuters.
Сокращение добычи нефти неизбежно, так в результате украинских ударов по портовым терминалам, нефтепроводам и нефтеперерабатывающим заводам Россия потеряла 20% экспортных мощностей (на 1 млн баррелей в сутки), рассказали агентству три представителя отрасли. Ранее эта доля доходила до 40%, но часть мощностей удалось восстановить. Однако и 20% достаточно, чтобы заставить производителей уменьшить добычу ввиду невозможности вывозить нефть в необходимых объемах, говорят источники Reuters.
Поскольку дроны бьют и по экспортной инфраструктуре, и по НПЗ, нефтепроводная система переполняется, а хранилища заполняются быстрее обычного. По словам источников, «Транснефть», перекачивающая 80% нефти в России, уведомила экспортеров, что из-за повреждений балтийский порт Усть-Луга не может осуществлять погрузку нефти по первоначальному графику. «Транснефть» не может также в полном объеме принять в свою систему нефть от производителей, которые планировали вывозить ее через Усть-Лугу.
Из-за ударов по портам Усть-Луги и Приморска экспорт через Балтику за неделю с 22 по 29 марта рухнул до минимума за время войны с Украиной: из Приморска, главного нефтяного порта России мощностью 1 млн баррелей в сутки, вышло только 4 танкера (против 10 неделей ранее), а из Усть-Луги — всего 2.
График погрузки нефти на экспорт на первую половину апреля из Усть-Луги, по всей видимости, полностью выполнить не удастся, хотя квоты на погрузку на вторую половину пока остаются в силе, говорят источники Reuters.
«Россия в последние несколько месяцев не выбирала свою квоту ОПЕК+, а производство нефти в стране сокращалось — пусть незначительно, но стабильно. Причина — недостаточные инвестиции и сокращение бурения во второй половине 2025 года», – указывает Сергей Вакуленко, научный сотрудник Берлинского центра Карнеги по изучению России и Евразии, бывший топ-менеджер «Газпром нефти». Если не брать проблему с вывозом, то в ситуации, когда спрос на нефть из России подскочил из-за потери ближневосточного предложения, она и могла бы «увеличить производство за счет бурения большего количества скважин, но на это нужно несколько месяцев и многомиллиардные вложения», добавляет он.
