Объемы переработки нефти на российских НПХ в мае упали до минимума за 17 лет после серии налетов БПЛА, которым за прошедший месяц удалось поразить 8 из 10 крупнейших нефтезаводов в стране.
Как сообщает Bloomberg со ссылкой на данные OilX, в мае НПЗ РФ перерабатывали 4,58 млн баррелей нефти в сутки — на 2,3% меньше, чем в апреле, и на 14,4% меньше, чем в начале года. В годовом выражении загрузка НПЗ упала на 13%, а относительно довоенного 2021-го — примерно на 20% и стала самой низкой с октября 2009 года.
За май ВСУ 15 раз били дронами по нефтезаводам, нанесли 7 ударов по нефтяным трубопроводам, 6 — по портам и один раз ударили по танкеру в море, подсчитал Bloomberg. Общее число атак на НПЗ и нефтяную инфраструктуру (30) стало беспрецедентным с начала войны и превысило предыдущий рекорд, установленный в декабре: тогда под удар попали 26 нефтяных объектов, в том числе 15 НПЗ.
Тактика украинских ударов также изменилась: теперь ВСУ атакуют не только установки первичной переработки нефти, но и вторичные установки, включая ценные и технически сложные, отмечает Сергей Вакуленко, научный сотрудник Берлинского центра Карнеги. Именно они помогают НПЗ производить больше бензина и дизельного топлива, и их значительно сложнее и дороже ремонтировать, поскольку из-за западных санкций ввоз иностранного оборудования затруднен, поясняет Вакуленко.
Столкнувшись с падением производства, нефтекомпании резко сократили отгрузки бензина на биржу, где топливо закупают небольшие и частные АЗС. Так, мае предложение бензина Аи-95 сократилось до 5 тысяч тонн в сутки, что на треть меньше, чем годом ранее.
По мере того, как бензина на рынке становится меньше, цены на него растут: в опте с начала года они подскочили на 26%. А в рознице бензин дорожает быстрее инфляции, отмечает экономист Кирилл Родионов. Накопленный с начала года прирост цен на бензин на АЗС достиг 4,3%, тогда как инфляция составила 3,2%.
Топливный рынок «раскаляется», констатирует Родионов: предложение бензина от нефтекомпаний на бирже упало на 20-25% по сравнению с уровнями прошлого года. Чтобы компенсировать дефицит, Россия закупает топливо в Беларуси, но объемы слишком малы, чтобы повлиять на ситуацию, подчеркивает Родионов: за год беларусские НПЗ производят только 3,5 млн тонн бензина, из которых около 2,3 млн тонн могут направить на экспорт. Россия же такой объем потребляет за месяц.
С дефицитом бензина уже столкнулся Крым, где топливо продают по талонам из-за атак ВСУ на трассу «Новороссия» — ключевую артерию «сухопутного коридора» на полуостров, через которую идет снабждение. Тем не менее, заметного дефицита топлива по всей стране пока нет, подчеркивает Вакуленко.
С конца марта экспорт бензина из России под запретом, с июня также запрещен вывоз авиакеросина. Судя по всему, правительство нацеливало нефтяников на то, чтобы накопить запасы топлива к летнему сезону, указывает Вакуленко. «В последней волне атак было заметное число ударов по хранилищам на НПЗ, так что, часть запасенного, если оно было, сгорела, и емкость резервуарных парков тоже уменьшилась», — добавляет эксперт.
Нефтепереработка в России рухнула до минимума с 2009 года после рекордной череды ударов по НПЗ
