Число судебных решений о конфискации имущества по уголовным делам в России за последние годы выросло в три раза. Об этом пишет ТАСС со ссылкой на заявление начальника главного уголовно-судебного управления Генпрокуратуры Сергея Бажутова. Как уточнил Бажутов, количество таких судебных актов увеличилось с 11 тысяч в 2023 году до 31 тысячи после вмешательства надзорного ведомства, обратившего внимание, что данная мера «исполняется не в полном объеме».
Значительный рост применения этой меры подтверждается данными Верховного суда РФ. Если в 2022 году приговоры с конфискацией вынесли в отношении 4195 человек, то в 2024 году — уже в отношении 24078. А по сравнению с 2020 годом показатель 2024-го вырос в 9,3 раза.
Расширяется и законодательная база для изъятия имущества. Как отмечает адвокат Евгений Смирнов из «Первого отдела», после начала полномасштабной войны в Украине конфискацию разрешили по новым составам, включая конфиденциальное сотрудничество с иностранными организациями (ст. 275.1 УК) и диверсии (ст. 281 УК). В 2024 году перечень пополнился статьей о «фейках» об армии и рядом преступлений против «государственной безопасности».
Конфискация, действовавшая как вид наказания до 2003 года, была возвращена в 2006 году в качестве специальной меры. В декабре 2025 года глава Следственного комитета Александр Бастрыкин в колонке для РБК призвал применять ее шире. Он сообщил, что в 2025 году по коррупционным делам было арестовано имущество на 24,5 млрд рублей, что на четверть больше, чем в 2024 году. Кроме того, по словам Бастрыкина, фигуранты добровольно передали активы на 4,7 млрд рублей.
Важным прецедентом стало решение Конституционного суда в конце ноября 2025 года, разрешившее конфискацию единственного жилья, в том числе у родственников коррупционеров, даже если оно приобретено «частично на законные средства».
По оценке адвоката Смирнова, конфискацию чаще всего применяют по экономическим и коррупционным статьям, что привело к «взрывному росту» дел против высокопоставленных чиновников. Эксперт связывает эту тенденцию с попытками компенсировать бюджетные расходы на войну.
