МОСКВА, 13 фев (Рейтер) - Российский Центробанк на первом в этом году заседании снизил ключевую ставку на 50 базисных пунктов до 15,50% в ответ на возобновление замедления роста цен и упавшую практически до нуля экономическую активность.
Ниже следует текст заявления председателя ЦБР Эльвиры Набиуллиной по итогам заседания совета директоров:
«Добрый день! Сегодня мы приняли решение снизить ключевую ставку до 15,50% годовых. Экономическая ситуация в целом развивается в рамках нашего базового сценария. Недельные данные по ценам в январе выглядят достаточно высокими, однако они не меняют общей картины. По нашей оценке, произошло перераспределение инфляции между концом прошлого года и началом текущего. Поэтому последние три месяца корректнее рассматривать в совокупности, а не по отдельности – к этой теме я еще вернусь. Набранная жесткость денежно-кредитной политики создает необходимые условия для возвращения инфляции к целевому уровню 4%. Поэтому мы продолжаем постепенно смягчать свою политику. Перейду к аргументам сегодняшнего решения. Первое. Инфляция. Полные данные за январь мы получим сегодня вечером, но уже по недельной статистике видно, что за месяц цены существенно выросли. Основная причина – это ожидаемый перенос повышения НДС в цены. Но эффект от него оказался более сильным и концентрированным в январе, чем от аналогичного повышения налога в 2019 году. Большинство компаний не переносили повышение налога в цены в конце прошлого года, а сделали это в начале текущего, поэтому основной вклад этого фактора пришелся на январь. Второй фактор – динамика цен в отдельных волатильных компонентах. В конце прошлого года рост цен на плодоовощную продукцию был нетипично низким, а в январе заметно ускорился – прежде всего из-за погодных условий, которые повысили издержки тепличных хозяйств на отопление. Кроме того, с начала года из-за повышения акцизов быстрее росли цены на бензин, табак и алкогольную продукцию. Для некоторых экспертов январские недельные данные стали неожиданностью и были восприняты как свидетельство устойчивого ускорения инфляции. Однако, по нашей оценке, замедление в конце прошлого года и ускорение в начале текущего носили разовый характер – январь фактически перетянул инфляцию из прошлого года. Сейчас годовая инфляция находится на уровне 6,3%. Это немного ниже нашего прогнозного интервала 6,5–7,0%, того, что мы ожидали на начало этого года. Таким образом, инфляционная динамика в целом развивается в рамках этого сценария: просто мы пришли к текущей точке не плавно, а через замедление в ноябре – декабре и последующее ускорение в январе. Это перераспределение привело к более низкой инфляции в прошлом году. В текущем же с учетом этого мы повысили ее прогноз до 4,5–5,5%. Остается вопрос: полностью ли уже исчерпан эффект от повышения НДС. Окончательно ответить на него можно будет только после получения данных за I квартал. Пока мы видим, что пик роста цен пришелся на первые две недели января, тогда как во второй половине месяца ценовая динамика затухала. Подчеркну, что это по неполным недельным данным. Также хочу отметить, что в полных месячных данных за январь мы увидим рост некоторых показателей устойчивой инфляции, например, базовой. Почему? Потому что расчет таких показателей устойчивой инфляции не предполагает исключение эффекта повышения НДС. Поэтому их рост нельзя будет трактовать как разворот устойчивой инфляции вверх. Что касается рисков вторичных эффектов для инфляции от налоговых мер, то пока такие риски не выросли. На это указывает динамика инфляционных ожиданий. В январе ожидания населения остались без изменений, а ценовые ожидания предприятий после январского всплеска существенно снизились в феврале и даже вернулись к уровням октября. В целом базовый сценарий, как и ранее, предполагает, что устойчивая инфляция будет около 4% во втором полугодии этого года. Второе. Экономика. По итогам прошлого года рост экономики составил 1% – это верхняя граница нашего прогноза. В целом ее динамика соответствует нашим ожиданиям: экономическая активность перешла к более умеренным темпам роста. В конце года наблюдалась активизация потребительского спроса, что было ожидаемо и связано с повышением утилизационного сбора и НДС. Люди старались сделать крупные покупки заранее, по старым ценам. Соответственно, в начале этого года мы рассчитываем увидеть зеркальную картину, то есть более сдержанную потребительскую активность. На обоснованность таких ожиданий указывают в том числе оперативные данные нашего мониторинга предприятий за январь и февраль. Что касается инвестиций, то в последние три года компании наращивали их рекордными темпами, и это транслировалось в запуск новых проектов, которые сейчас вступают в фазу промышленной эксплуатации. Они будут поддерживать рост потенциала экономики, несмотря на то что динамика инвестиций становится более сдержанной. В отраслевом разрезе сохраняется больша́я неоднородность. В отраслях, связанных с экспортом и транспортом, ожидается сокращение инвестиций с высоких уровней прошлых лет. При этом есть отрасли, в которых планируется рост инвестиций. Мы немного пересмотрели вниз прогноз по росту инвестиций на этот год, но по-прежнему ожидаем положительной динамики. Плавное замедление роста экономической активности сопровождается и снижением напряженности на рынке труда. Безработица остается на минимальных уровнях. Вместе с тем доля компаний, которые называют дефицит кадров своим главным ограничением, заметно сократилась и сейчас находится на минимумах за последние два года. Кроме того, планы компаний по индексации зарплат сейчас скромнее, чем в прошлом году. Все это указывает на снижение давления на издержки компаний со стороны рынка труда. В базовом сценарии мы сохранили прогноз темпов роста ВВП. Ключевые тенденции в экономике в целом остаются прежними. Третье. Денежно-кредитные условия. Если коротко: они продолжили смягчаться, но в целом остаются жесткими. Хотя доходности ОФЗ и ставки денежного рынка немного выросли, с учетом роста инфляционных ожиданий участников рынка реальные ставки практически не изменились. Ставки по кредитам и депозитам снижались как в номинальном, так и в реальном выражении. В декабре и январе корпоративное кредитование было сдержанным после повышенных темпов роста в осенние месяцы. Это связано с сезонностью исполнения бюджета. В конце года компании традиционно получают оплату по уже выполненным госконтрактам, а в начале года – авансы по новым. В такие периоды потребность отдельных предприятий в рыночных заемных средствах временно снижается, но это обычный сезонный эффект. Розничное кредитование, напротив, немного ускорилось, но практически целиком за счет ипотеки. Рост спроса на жилищные кредиты был связан с ожидавшимся ужесточением условий по льготным программам. Однако эта активизация спроса проходила как бы взаймы у будущего, поэтому в дальнейшем мы можем увидеть коррекцию. Сберегательная активность населения остается высокой. При этом происходит небольшое изменение структуры сбережений. Помимо депозитов, растет интерес граждан к другим формам сбережений, прежде всего к инструментам финансового рынка. Это вполне закономерная тенденция в фазе смягчения денежно-кредитной политики. Отмечу, что на сбережения в экономике нужно смотреть в совокупности, учитывая как депозиты, так и другие инструменты. В целом норма сбережений остается высокой. Изменение ее структуры не меняет этого факта. В целом накопленная жесткость денежно-кредитных условий создает предпосылки для снижения инфляции к 4%. Несколько слов о внешних условиях. Эффекты от торговых ограничений и фрагментации мировых рынков пока значимо не отразились на текущей ситуации, хотя в перспективе они еще могут проявиться. В целом мировая экономика продолжает расти достаточно устойчивыми темпами, и это поддерживает спрос на широкий круг сырьевых товаров. На нефтяном рынке ситуация отличается. В прошлом году предложение нефти росло опережающими темпами, и в результате мировой рынок перешел к профициту. Это оказывает давление на цены. Для российских экспортеров ситуация дополнительно осложняется санкционными ограничениями. Учитывая тенденции на мировом рынке, мы снизили прогноз по ценам на нефть на ближайшие три года. Соответственно, был скорректирован и прогноз по стоимостным объемам экспорта. Рубль остается стабильным. Хотя экспортная выручка нефтяных компаний сократилась, это было отчасти компенсировано поступлениями от экспорта других товаров. В целом привлекательность рубля сейчас и в перспективе поддерживается бюджетным правилом и проводимой денежно-кредитной политикой. Теперь перейду к рискам. Их баланс по-прежнему смещен в сторону проинфляционных. Среди них остаются риски более длительного отклонения российской экономики вверх от траектории сбалансированного роста и повышенных инфляционных ожиданий. В январе ожидания населения не отреагировали на повышение НДС, но полностью исключать такие эффекты в ближайшие месяцы мы не можем. Существенные риски связаны с ценами на нефть. Если они не восстановятся с нынешних уровней до тех, которые мы заложили в базовом сценарии, это может ускорить инфляцию через валютный канал. Проинфляционные риски со стороны рынка труда, по нашей оценке, несколько снизились. Как и всегда, в зоне нашего особого внимания находится бюджет – как федеральный, так и региональные. Утвержденные в законе параметры бюджета предполагают его сильное дезинфляционное влияние в этом году. Но развитие ситуации может отклониться от параметров прогноза в части, например, ненефтегазовых доходов. Если ненефтегазовый дефицит вырастет, то наши возможности по снижению ключевой ставки, скорее всего, уменьшатся. Дезинфляционные риски также сохраняются, прежде всего риск более значительного замедления внутреннего спроса. В завершение – о наших будущих решениях. На ближайших заседаниях мы будем оценивать целесообразность дальнейшего снижения ключевой ставки. В соответствии с базовым сценарием средняя за этот год ключевая ставка составит 13,5–14,5%. В нашем обновленном прогнозе обеспечение устойчивого возвращения инфляции к цели потребует немного более высокой ставки в следующем году в размере 8–9%. Это нужно, чтобы обеспечить именно устойчивое возвращение инфляции к цели в условиях повышенных инфляционных ожиданий. За последние четыре года, когда из-за проинфляционных шоков цель по инфляции не достигалась, инфляционные ожидания закрепились на повышенных уровнях. Их снижение будет происходить достаточно медленно, в том числе из-за повышенных темпов индексации регулируемых услуг и тарифов в ближайшие годы. Все это требует от нас при прочих равных более плавной траектории снижения ключевой ставки. Она позволит во втором полугодии вернуть устойчивую инфляцию к 4%, а экономику – к сбалансированному росту. Спасибо за внимание!»
(Московское бюро)
