ЛИТЛТОН, Колорадо, 25 мар (Рейтер) - С первого взгляда кажется, что иранская война одинаково бьет по нефти и газу: атаки ракет и дронов, а также перебои в морских перевозках губительно сказались на всех поставках через Ормузский пролив.
Однако то, что на поверхности кажется симметрией, на самом деле - критически важный дисбаланс. В мировой цепочке поставок газа меньше вариантов для смены маршрута, а возможности хранения запасов на рынке газа меньше, чем на нефтяном, из-за чего последствия войны для потребителей газа значительно тяжелее.
Строительство и ремонт ключевой газовой инфраструктуры - в особенности заводов по сжижению газа - более сложно и дорого, чем в нефтяной отрасли. После периодов остановки НПЗ зачастую могут быстрее возобновить операции, чем экспортные СПГ-хабы.
Цены ясно указали на этот дисбаланс: с начала конфликта европейские и азиатские газовые контракты выросли гораздо сильнее нефти, и этот разрыв сигнализирует о том, что восстановление на газовом рынке будет более длительным, чем на нефтяном.
НЕУДАЧНОЕ ВРЕМЯ
Время срыва поставок газа также оказалось наименее удачным из всех возможных.
Как подсчитал Институт энергетики, последние десять лет мировой спрос на газ рос примерно вдвое быстрее, чем спрос на нефть, за счет расширения сетей газопроводов и хранения газа.
Ожидалось, что траетория сохранится, особенно в развивающихся экономиках, переходящих с угля на газ.
Оптимистичные перспективы спроса на газ были даже основным драйвером постепенного расширения мировой отрасли СПГ.
Однако поставки СПГ из Катара - второго по величине экспортера СПГ в мире - неожиданно сократились после того, как обстрелы со стороны Ирана снизили экспортный потенциал Катара на 17% на срок до пяти лет.
Произошедший в результате этого скачок цен на газ послужил предупреждением о рисках сильной зависимости от импорта и, вероятно, замедлит дальнейшее увеличение мощностей газовых электростанций.
В то же время выбор источников электричества у предприятий коммунального обслуживания и домохозяйств широк как никогда.
Солнечные панели и системы аккумуляторов дают провайдерам электроэнергии гораздо более быстрый и дешевый способ наращивания поставок электричества, чем увеличение мощностей газовых электростанций, на которое могут уйти годы.
Стоимость ключевых компонентов газовой энергетики - особенно турбин - также подскочила, частично из-за скачка спроса со стороны богатых экономик, создающих центры обработки данных.
ПРОБЛЕМЫ С ХРАНЕНИЕМ
Дополнительная сложность состоит в том, что хранить газ гораздо труднее, чем нефть.
Нефть и нефтепродукты при комнатной температуре сохраняют жидкое состояние, и их легко хранить в различных наземных резервуарах, а также в морских танкерах, на случай перебоев в предложении на рынке.
Природный же газ занимает гораздо больший объем, чем нефть, когда хранится при комнатной температуре, и его необходимо сжимать или сверхохлаждать так, чтобы он перешел в жидкое состояние, для более экономного хранения.
Это ограничивает возможности и значительно повышает затраты.
Структура потребления газа также сильно зависит от времени года: в большинстве экономик пик спроса приходится на зиму, а в межсезонье резко падает.
Это контрастирует с гораздо более постоянной структурой потребления бензина, авиакеросина и других видов топлива, спрос на которые относительно стабилен весь год в большей части крупных экономик.
ИТОГ
Даже если военные действия быстро закончатся, это не облегчит ситуацию на газовом рынке: на одно только восстановление экспорта из Катара уйдут годы, и маловероятно, что те покупатели, которые уже начали отказываться от газа, вернутся на этот рынок.
Можно ожидать, что некоторые крупные экономики, такие как США, по-прежнему будут сильно зависеть от газа.
Однако более чувствительные к ценам рынки коллективно сократят зависимость от газа, что оставит неизгладимый след на всей отрасли, разрушив былые надежды на неуклонный рост.
Оригинал сообщения на английском языке доступен по коду:
(Гэвин Магуайр является обозревателем Рейтер и выражает собственное мнение)
