Резкое замедление экономики и высокие процентные ставки ухудшили финансовое состояние российских предприятий и привели к существенному росту неплатежей. За прошлый год общая дебиторская задолженность компаний почти не изменилась — 123,8 трлн руб. против 123 трлн (0,6%), а просроченная подскочила на четверть — с 6,1 до 7,7 трлн руб., сообщил Росстат.
В результате доля просроченной дебиторской задолженности увеличилась до 10,3% по сравнению с 8,5% в 2024 г. Это максимум с 2008 г., когда мир накрыл финансовый кризис (на следующий год российский ВВП упал на 7,9%), следует из данных Росстата. С тех пор доля просроченной дебиторки достигала 10% лишь 2009-м, а также в кризисные 2014 и 2015 гг.
Неплатежи стали расти, когда началось торможение экономики. Ускорение роста просроченной задолженности предприятий наметилось середины 2024 г., отмечал близкий к Кремлю аналитический центр ЦМАКП. Он рассматривал кредиторскую задолженность, которая тоже выросла: перед поставщиками и подрядчиками с 48,9 до 50,1 триллиона, по данным Росстата, а доля просрочки в ней — с 6,9% до 8,2%. Центробанк уже в конце 2024 г. обратил внимание на то, что бизнес возвращается к предоплате. «В ходе оперативных опросов компании отмечают некоторый рост задержек платежей и, как следствие, сокращение поставок с отсрочкой оплаты и рост поставок по предоплате», — говорилось в резюме декабрьского обсуждения ключевой ставки.
Одна из причин неплатежей — ухудшение финансового положения компаний. Их прибыли падают, а убытки растут — в результате совокупный финансовый результат снижается. В прошлом году он составил 27,1 трлн руб. — на 4% меньше, чем годом ранее, а с учетом инфляции реальное сокращение прибылей составляет почти 13%.
Сказываются и высокие процентные ставки. Нагрузка со стороны процентных платежей на доходы компаний — на запредельно высоком уровне, констатирует ЦМАКП. по его расчетам, рентабельность в большинстве отраслей промышленности еще год назад опустилась ниже ставок по кредитам и доходности безрискового размещения средств. Это не только снижает прибыли, но и создает стимулы задерживать платежи, даже когда есть деньги: их выгоднее разместить на коротких депозитах. «Компании, обеспеченные денежными средствами, перенаправляют их из производственного оборота на срочные депозиты, одновременно наращивая кредиторскую задолженность перед поставщиками», — предполагал ЦМАКП. «Лучше подержать чуть-чуть и штрафы даже заплатить, но все перекрывает ставка», — говорил глава РСПП Александр Шохин.
По его словам, от этого сильнее всего страдают малые и средние поставщики. «Крупные компании могут менять условия взаиморасчетов и увеличивать сроки оплаты, что может создавать проблемы для малого бизнеса, который несвоевременно получает оплату за выполненные работы», — отмечал Центробанк.
Результат: почти треть (31%) компаний малого и среднего бизнеса (МСБ) закончили прошлый год с большими неплатежами от контрагентов, причем за год выросли как количество, так и размер неплатежей. Почти у каждого пятого МСБ (19%) есть счета, не оплаченные более полугода. «Удлинились сроки оборачиваемости, повысилась доля просроченной дебиторской задолженности», — констатировали руководители ЦБ, обсуждая ключевую ставку в октябре 2025 г.
К концу года неплатежи стали главной проблемой бизнеса, показал опрос РСПП: 42,3% компаний назвали из главным ограничением деятельности. В I и II кварталах на них жаловались 27%, в III квартале на 10 п. п. больше, и с этого момента неплатежи со стороны контрагентов заняли первое место среди ключевых факторов, мешающих работе российских компаний.
