В России как в желтых, так и в «экспертных» изданиях в последнее время появились публикации, где публику подводят к мысли, что нынешний тупик в «СВО» уже можно считать победой в войне с Украиной. И что даже поражение все равно обернется России во благо. А последние громкие угрозы – как агрессивная риторика с призывом к западным посольствам покинуть Киев, так и все более массированные и жестокие ракетно-дроновые удары по украинским городам – могут быть попыткой вернуть Вашингтон и Киев к переговорам, пишет The Washington Post со ссылкой на европейских чиновников и аналитиков.
Даже профессор российского вуза, близкий к руководству МИД (так западные журналисты обычно называют источники в МГИМО, который консультирует дипломатов), сказал WaPo, что последние российские угрозы и бомбардировки являются реакцией на «расширение географии ударов украинских дронов и ракет» и на замедление темпов продвижения на фронте. Путин, по-видимому, все еще считает, что может захватить оставшуюся часть Донбасса «в течение нескольких месяцев» и уже с учетом этого возобновить переговоры о прекращении конфликта, сказал он. Но добавил про ситуацию на фронте: «Мы этого не видим. Май заканчивается, и ясно, что, если не будут предприняты дополнительные усилия, то говорить можно только о стагнации».
Эскалация в риторике и дальнобойных ударах, но не на поле боя – следствие растущих трудностей, с которыми сталкивается Россия на войне и в экономике, она может свидетельствовать о попытке добиться возобновления мирных переговоров с целью достичь соглашения на условиях Москвы, поделились с WaPo на условиях анонимности европейские чиновники. Об этом же написал в Х канцлер МИД Эстонии Йонатан Всевиов: «Теперь, когда рассеивается иллюзия о том, что время на стороне Путина и рано или поздно Запад предложит за столом переговоров то, чего Москва не смогла добиться на поле боя, Кремль усиливает напряженность… пытаясь в последний раз заманить Запад в переговорную ловушку».
Близкие к Кремлю эксперты стали подводить публику к мнению о том, что остановку войны по нынешней линии боевого соприкосновения (ЛБС) уже можно считать победой. Об этом, в частности, пишет в статье «Чугунная проза реальности» директор Центра комплексных европейских и международных исследований НИУ ВШЭ Василий Кашин. Публикация вышла в издании «Россия в глобальной политике», которым бессменно руководит Федор Лукьянов, ведущий сессии с Путиным в Валдайском клубе. А в редакционный совет входят, помимо прочих, глава МИД Сергей Лавров, помощник Путина Юрий Ушаков, председателем же является Сергей Караганов, предлагавший нанести превентивный ядерный удар по Европе.
В отличие от Минобороны РФ, которое постоянно заявляет, что удары по украинским городам наносятся только для поражения военных объектов и производств, Кашин цинично не скрывает реальности: «Российские удары… осуществляются на максимальном уровне возможностей. Они наносят Украине огромный экономический ущерб… те или иные повреждения от ударов имеют около 20% многоквартирных домов Киева, уничтожена значительная часть энергетики, транспортной инфраструктуры и промышленности Украины. В ходе зимних ударов по энергетике тысячи жилых зданий подверглись вымораживанию».
Но ни это, ни даже уничтожение «центров принятия решений», которым не раз (и снова – в последние дни) грозили российские власти, не позволит победить в войне, констатирует Кашин: «У нас нет оснований ожидать в обозримом будущем преодоления позиционного тупика в войне на Украине». А если применить ядерное оружие, результат будет таким же, как если его не применять, но договориться о прекращении конфликта, – заморозка по нынешней ЛБС.
Поэтому Кашин предлагает договариваться, основываясь на ранее выдвинутых Путиным условиях:
Закрепление за Россией [захваченных] территорий в рамках соглашений Анкориджа в сочетании с запретом для Украины участвовать в военных блоках, размещать на своей территории иностранные войска и с некоторыми ограничениями для украинских вооруженных сил в этом случае является для нас хорошим результатом и полноценной военной победой.
А идеи о том, «что мы можем быстро обрушить украинский фронт, если "мобилизуемся, напряжемся, ударим со всей силы", следует отбросить и забыть», настаивает Кашин.
Статья с похожим посылом недавно вышла в «Московском комсомольце» (правда, вскоре была удалена). Именно «проигранные войны и унизительные перемирия регулярно приводили к новым рывкам, реформам и, как ни поразительно, к новым победам», утверждалось в ней. В качестве примеров приводились, в частности, отношения с Золотой Ордой, поражения в Крымской, русской-японской и других войнах. После которых «Россия раз за разом, со времен ига, выбирала спасительный [путь] — унять распоясавшиеся элиты и дать больше свободы людям».
Завязнув на фронте, в тылу Россия все сильнее погружается в экономическую стагнацию. Рост военных расходов и падение доходов бюджета ведут к раздуванию фискального дефицита. Вкупе с двузначной процентной ставкой это увеличило расходы правительства на обслуживание госдолга на 249% по сравнению с допандемийным 2019 годом – больше, чем даже на войну (213%).
Представители Министерства финансов и центробанка уже даже предложили Путину урезать военные расходы, настаивая, что без этого дефицит казны может достичь угрожающих размеров.
«Военное преимущество России начинает таять, Украина расширяет географию ударов и их интенсивность, а США взяли паузу в переговорах, —говорит Татьяна Становая, старший научный сотрудник Берлинского центра Карнеги по изучению России и Евразии. – Все это создает ощущение, что дела идут не так, как хотелось бы Путину».
При таком положении дел эскалация, по ее мнению, — единственный способ отреагировать на ситуацию, которую невозможно контролировать.
Москва может использовать угрозу эскалации конфликта, чтобы подтолкнуть США к возобновлению мирных переговоров, в ходе которых, по расчету Кремля, администрация Дональда Трампа все-таки окажет давление на Владимира Зеленского с целью добиться вывода украинских войск из Донецкой области, сказал WaPo европейский чиновник.
Но Украина, которая начала перехватывать инициативу в войне, на это не пойдет, категорична Становая:
Этого не произойдет. Я не могу себе этого представить.
