ЛОНДОН, 7 июл (Рейтер) - Мировая экономика с удивительной легкостью справилась с утратой более 1 миллиарда баррелей нефти с начала ближневосточного конфликта, однако в отсутствие долгосрочного мира истощенные резервы создают риски новых скачков цен.
Перекрытие прохода через Ормузский пролив в ответ на удары США и Израиля по Ирану, начавшиеся 28 февраля, усилило опасения, что миру грозит масштабный энергетический кризис.
Конфликт действительно привел к крупнейшему за всю историю сбою в поставках энергоносителей, как сообщило Международное энергетическое агентство. На пике кризиса недостача достигала 14 миллионов баррелей в сутки.
Тем не менее страхи о том, что Азия и Европа останутся без бензина, дизеля и авиакеросина, не оправдались. Цена нефти Brent подскочила до $126 за баррель в апреле, но всё равно недотянула $20 до рекорда 2008 года. Сейчас котировки опустились ниже довоенных уровней.
«Трейдеры, по всей видимости, сочли сбой серьезным, но управляемым - значит, они доверяют сегодняшним энергетическим и экономическим системам», - отметил Джон Баффес из Всемирного банка.
С 1970-х годов, по данным Всемирного банка, нефтеемкость - показатель, отражающий значимость нефти для производства - сократилась более чем вдвое в наиболее развитых экономиках и примерно на 20% в странах с формирующейся и развивающейся экономикой. Помимо структурных изменений, избежать наихудшего сценария помогли три конкретных пункта: Саудовская Аравия и ОАЭ нашли альтернативные маршруты экспорта; Азия, прежде всего Китай, снизила закупки; стратегические резервы по всему миру были распечатаны, и был высвобожден рекордный объем нефти примерно в 1 миллиард баррелей.
КОРРЕКТИРОВКИ В КИТАЕ
В начале ближневосточного конфликта запасы нефти в КНР составляли почти 1,4 миллиарда баррелей, по данным Управления энергетической информации США. Это больше, чем совокупные запасы 32 стран-участниц МЭА: для сравнения, в стратегическом резерве Соединенных Штатов находилось 413 миллионов баррелей.
По словам Ильи Бушуева из Оксфордского института энергетических исследований, важную роль также сыграло быстрое внедрение электромобилей в Китае в последние годы, а также гибкость компаний в нефтеперерабатывающем и нефтехимическом секторах.
«Они управляют рынком гораздо лучше, чем до этого ОПЕК», — отметил экономист.
Корректировки, сделанные крупнейшим мировым импортером нефти, помогли ослабить давление со стороны спроса, а дополнительную передышку дало решение МЭА об использовании 400 миллионов баррелей из хранилищ и заявления президента США Дональда Трампа о том, что война скоро закончится.
«Трейдеры сразу исходили из того, что кризисное положение не будет долгим», - сказал Нил Аткинсон, бывший представитель МЭА.
Утверждения Вашингтона о том, что предложение нефти вот-вот будет увеличено, удержали хедж-фонды от открытия длинных позиций, рассчитанных на рост цен, отметили аналитики Societe Generale. С подписанием июньского меморандума США и Ирана операции на рынке быстро вернулись в нормальный режим.
«Похоже, трейдеры решили, что мирное соглашение будет соблюдено», — сказал Аткинсон.
УТРАТА БУФЕРА
Обстановка в целом, однако, совсем не похожа на довоенную.
Саудовская Аравия, Кувейт, Катар, Ирак и Бахрейн возобновляют добычу и экспорт нефти, но полное устранение ущерба, причиненного их энергетической инфраструктуре иранскими БПЛА и ракетами, займет годы.
Какие бы надежды ни отражались в котировках, данные танкерных перевозок через Ормузский пролив рисуют более пессимистичную картину потоков нефти.
Шестьдесят дней, отведенные на согласование всех условий мира, неумолимо истекают, а ключевые вопросы, включая судьбу иранской ядерной программы, еще не решены.
Весь мир тем временем должен решить гигантскую задачу - восстановить запасы нефти.
Глобальной экономике удалось пережить энергетический шок благодаря рекордному расходованию резервов, следует из данных МЭА, но это привело к истощению тех самих буферов, которые были созданы на случай перебоев.
«Это не означает, что система не может функционировать без них, но фьючерсы становятся более чувствительными к резким колебаниям», - отметил Бушуев.
Такая волатильность обходится дорого.
Каждое повышение цены барреля на $5 увеличивает ежегодные издержки мировой экономики примерно на $190 миллиардов, следует из расчетов Рейтер, сделанных исзодя из спроса в 104 миллиона баррелей в сутки.
При этом война, вероятно, сделала пополнение резервов еще более дорогим делом.
До конфликта Европейский центральный банк прогнозировал цену нефти на 2027-2028 годы в $63-$64 за баррель, но в июне повысил оценку до $65-$75.
При текущих ценах пополнение израсходованных запасов может стоить более $70 миллиардов.
Пока этого не произошло, в условиях сохраняющейся неопределенности мировая экономика фактически вынуждена действовать без защитной «подушки».
«Рынок, похоже, недооценивает риски новых перебоев в поставках, - отметил Сол Кавоник из MST Marquee. - Иран, вероятно, будет дальше искать поводы для того, чтобы ограничивать потоки нефти через Ормузский пролив».
Оригинал сообщения на английском языке доступен по коду:
(Дмитрий Жданников, Роберт Харви и Ахмад Гаддар при участии Сары Макфарлейн, перевел Томаш Каник. Редактор Анна Козлова)
