«По словам одного из наших респондентов, в мае 2023 года в сизо Таганрога попал гражданин Польши, который заявлял, что „поехал путешествовать в Украину и посмотреть, что там происходит, но повернул не туда и заехал к военным РФ на блокпост“. Его регулярно избивали за то, что он не учит русский язык, и за то, что Польша помогает Украине. Одна из смен на посту во время поверки избила его так сильно, что у него посинели и начали отказывать ноги, и в середине июня 2023 года он умер. Тогда его сокамерников заставили написать расписку, что его никто из сотрудников не бил и что конфликтов в камере не было»
Это фрагмент из нашего доклада «Украина: военные преступления российских агрессоров». Мы долго спорили, оставлять ли эту информацию — единственное оказавшееся у нас свидетельство того, что некий поляк весной 2023 года находился в Таганрогском сизо. Никаких подтверждений истинности этой истории у нас на тот момент не было. Да и сама история про «заехал не туда» казалась достаточно невероятной.
Но через пару недель после публикации доклада с нами связалась Виктория Беляшина, журналистка польского издания Gazeta Wyborcza. Она внимательно прочла доклад (этот небольшой пассаж находится на 176 странице из 256) и заинтересовалась историей соотечественника. Мы сообщили ей то немногое, что осталось неопубликованным: поляка звали «Христов или Кристоф, ему было 50-55 лет». Кшиштоф (польский вариант имени) — в пятерке самых распространенных польских имен, так что большой надежды, что журналистка его разыщет, мы не питали.
Но довольно быстро в списке пропавших граждан Польши отыскался некий Кшиштоф Галос подходящего года рождения. Виктория и ее коллеги связались с его родными. Сын Кшиштофа Павел подтвердил, что весной 2023 года его отец отправился в путешествие и не вернулся.
Поначалу родственники не беспокоились: Кшиштоф любил путешествовать, много ездил по Европе, и никого не удивило, что он взял двухнедельный отпуск, захватил с собой штатив, компьютер, фотоаппарат и отправился в неизвестном направлении. Сын немного беспокоился, что отец общался только сообщениями и не отвечал на звонки, но поначалу не придал этому значения.
Однако в мае, через три недели после того, как от Кшиштофа перестали приходить и сообщения, Павел обратился в полицию с заявлением об исчезновении. В августе родным Кшиштофа показали кадры с камеры наблюдения, которые зафиксировали его машину в районе Запорожской электростанции.
«Мне кажется, он не до конца верил в масштаб войны и хотел увидеть все своими глазами», — говорит Павел. Однако то, что Кшиштоф оказался в российском плену и погиб в тюрьме, его родные узнали только от журналистов Gazeta Wyborcza.
«Я понимала, что дядя, вероятно, уже мертв. Украинцы предполагали, что его могли взять в плен, но нам казалось невозможным, чтобы в XXI веке человек, никак не вовлеченный в конфликт, стал военнопленным. То, что нам удалось узнать сейчас, — что дядю, вероятно, пытали и что он умер в мучениях, — с этим невозможно смириться», — сказала Gazeta Wyborcza племянница Кшиштофа.
Украинские журналисты из «Слідство.Інфо» восстановили путь Кшиштофа по Украине. Он пересек польско-украинскую границу 14 апреля 2023 года через автомобильный пункт пропуска «Краковец». С 15 по 17 апреля его телефон фиксировался в Одессе, а с 17 по 18 апреля — в Бериславе Херсонской области. Затем он отправился в Запорожскую область.
На Запорожском направлении на блокпосту поляка остановили украинские военные. Кшиштоф сообщил, что едет к девушке во временно оккупированный Энергодар. Бойцы не позволили ему ехать: опасно. 20 апреля 2023 года Кшиштоф пропал без вести. Затем его видели уже в пыточном сизо № 2 в Таганроге Ростовской области.
«Слідство.Інфо» нашли нескольких военнопленных, которые были в Таганроге одновременно с Кшиштофом.
Освобожденный из плена военнослужащий Андрей помнит, что когда в сизо № 2 в Таганроге привезли поляка, среди сотрудников учреждения начался настоящий ажиотаж: «Они смеялись и радовались, что поймали поляка. Говорили, вы [поляки] следующие, вам не стоит расслабляться, вы там совсем обнаглели в своей Европе, мы до вас доберемся».
Другой бывший пленный с позывным Бритва рассказывает, что поляка Кшиштофа Галоса заставляли говорить на русском языке, которого он не знал, и избивали за это: «И они на него: „Лях, лях, курва!“, — и понеслось. Они его постоянно били, били и заставляли учить гимн Российской Федерации. Ребята там пытались его чему-то научить».
Боец «Азова» Никита Семенов исключает, что Кшиштоф мог притворяться, будто не знает русского языка, как предполагали российские тюремщики: «Когда я его услышал, я понял, что ему совсем не до того, чтобы что-то выдумывать. Ему было действительно плохо. Если бы он знал русский язык, он бы сказал, что ему плохо. Человек в отчаянии хватается за любую возможность, чтобы ему помогли, как-то облегчить свое положение. Он не знал русского языка — это 100%».
Польским журналистам тоже удалось поговорить с обменянным украинским военнопленным, который был в сизо №2 Таганрога одновременно с Кшиштофом Галосом. Бориса держали в одной из соседних камер. Его рассказ совпадает с тем, что известно из других источников. Поляк был в крайне плохом состоянии. Его регулярно избивали, и с каждым днем он чувствовал себя все хуже. Заключенные слышали, как он жаловался на сильные боли и говорил, что боится не пережить очередных побоев.
«Он говорил: «Кажется, я умру», — пересказывает Борис других арестантов.
В какой-то момент состояние поляка резко ухудшилось, но его долго не выводили из камеры, несмотря на просьбы о помощи. А когда наконец вывели, он уже практически не мог идти самостоятельно.
«Когда его выносили, он уже умирал», — говорит Борис.
Родные Кшиштофа Галоса, польский МИД и польская прокуратура направили запросы во все возможные административные органы России, чтобы узнать его судьбу. Ответа они предсказуемо не получили.
7 августа 2025 года, после гибели в плену украинской журналистки Виктории Рощиной, украинские власти предъявили подозрение начальнику сизо №2 Таганрога Александру Штоде по ч. 2 ст. 28, ч. 1 ст. 438 Уголовного кодекса Украины — жестокое обращение с гражданским населением, совершенное группой лиц по предварительному сговору.
25 ноября 2025 года ЕС ввел санкции против Александра Штоды и его заместителей, Андрея Михайличенко и Андрея Сапицкого, а также против начальника управления ФСИН по Ростовской области Андрея Полякова.
