О демонтаже России как империи
Этот вопрос мы еще не ставили. Но я этот вопрос буду ставить на платформе, где 10 человек представляют русских и пять — коренные народы России. Мы можем привести доводы, и если русские представители, которые на этой платформе, поддержат эту идею, ее можно уже достаточно последовательно попытаться вынести на пленарные заседания.
Конечно, я к этому вопросу готовлюсь. Я достаточно продуманно, не емко, но очень продуктивно оформлю документ и предложу его участникам платформы. Я думаю, Гарри Каспаров поддержит его, но я не уверен по поводу других. Скорее всего, и Андрей Волна его поддержит. Он украинец, хирург, который делает операции в Украине. Он сам по национальности украинец, хотя он русский. То есть я думаю, вот эти два человека поддержат. По поводу остальных не могу говорить.
В любом случае, чтобы потом для истории этот вопрос не остался подвешенным, а могли ли они [российская платформа при ПАСЕ] это сделать или нет, этот вопрос я не поставлю, и тогда мы будем знать.
Но что здорово: у нас [на платформе] не должен быть консенсус. Каждый имеет право инициировать свой выход, свои предложения дать ПАСЕ, чтобы какую-то свою идею попытаться провести. Вот у чеченцев, у кавказцев впервые появилась такая возможность, чтобы внутри самого ПАСЕ попытаться провести диалог с европарламентариями. Я уверен, они очень поверхностно наслышаны о проблемах в Чечне и Кавказе — не из-за того, что они нас игнорируют или нас не любят, а из-за того, что они заняты своими делами.
О восстановлении Горской республики
Вообще для всех северокавказских народов самый лучший, самый идеальный вариант — создание северокавказского государства. Мы в Ассамблее народов Кавказа, раньше она называлась Горской республикой, мы, кстати, как правопреемники флаг Горской республики взяли как флаг Ассамблеи народов Кавказа. [Новую Горскую республику] мы назовем Кавказской республикой. Терять такой бренд — это было бы преступлением. Мы хотим создать от моря до моря Кавказскую республику.
На Кавказе все народы исторические, вчера и сегодня известно, кто на какой территории жил. На своих территориях они имеют полное право провозгласить независимость. На этих территориях они должны иметь свое национальное управление. Но это не означает, что с этих территорий [другие народы] будут изгонять. И больше того, провозглашенные национальные, административные, независимые территории должны дать гарантию, что люди [другой национальности], проживающие на этой территории, если они не хотят уезжать, должны быть гарантированно обеспечены безопасностью. Безопасностью и предоставлением работы. Не только что их не будут убивать — нет, они должны иметь доступ к работе, они должны иметь доступ к своему языку, к своей культуре и так далее. Но не во вред тому народу, который провозгласил свою независимость.
Мы же лишены очень многого. Кавказским народам не одно десятилетие придется работать, чтобы вернуть культуру, язык, все свое поставить на место.
О гражданской войне в Чечне
Чеченцы всю историю своего существования по сегодняшний день никогда никого не призывали на войну. И в Первую, и во Вторую войну никого на войну не призывали. Это абсолютное право свободного решения каждого человека. Если он хочет, он идет воюет. Если он не хочет, он не идет и не воюет. Но потом у людей есть разные статусы: того, кто воевал против врага, и того, кто не воевал. И с этим ему надо будет жить. Безотносительно, победили мы или не победили. Уверяю вас, в сегодняшней кадыровской Чечне, оккупированной, 99% чеченцев точно осознают и понимают.
Есть герои, которые воюют за свое освобождение, и есть трусы, которые продались и предали свой народ. Даже работая в кадыровских структурах, они понимают, что они предатели, и они мечтают, и они думают, какой бы совершить подвиг и доказать, что все-таки он патриот.
Ну понятно, кто сегодня воюет на стороне Украины, это герои, это патриоты. Даже в Южно-Африканской Республике, где угодно, они будут воевать против нашего врага, потому что он наш враг, который оккупировал нас. Безотносительно — в Украине, в Молдавии, во Франции, в Китае, — везде, где появляется Россия, российские солдаты, мы будем с ними воевать, потому что они наши враги.
Мы проводили исследования — подворно, мы изучали. 90% людей, мобилизованных из Чечни на войну к Украину, это люди, которых туда послали насильно. Помимо их воли.
Проехал под желтый сигнал, остановили, все, протокол составили, задержали и насильно отправили. Сын, школьник, 12 лет, поставил лайк — твоего сына, 12-летнего мальчика, забирают в отдел и ставят тебе условие: если хочешь получить сына, подписывай контракт, и ты уходишь на войну, освобождаешь своего сына. Таких уловок огромное количество. Кадыров считает их преданными себе бойцами — но он никак не может понять, что 90% из них со мной на связи!
Некоторые говорят: мы ждем только вас, и мы будем впереди вас уничтожать их.
Есть маленький мизер людей, которые уходят на войну добровольно. Нам было интересно, это же для чеченского народа нонсенс: чеченцы на стороне русских заключают контракт? Мы заинтересовались этой частью населения.
Мы к ним обращались, мы им говорили, мы посылали людей: как ты можешь это сделать. Грех, неужели ты думаешь, что у твоей семьи родятся благочестивые дети?
О Москве и готовности захватить власть
Я не устаю [чеченцам] говорить: терпите и ждите, ждите и терпите. Мы придем и тогда вместе все сделаем. Поэтому у нас очень прекрасная перспектива. Совершенно прекрасная перспектива, нам просто надо вернуться. А мы вернемся обязательно!
Мы не просто вернемся, мы сначала в Москве поработаем. Мы в Москве поставим ту власть, которая нам удобна. Почему? Потому что в Москве сегодня проживает до 15 миллионов человек, 5 миллионов приезжих и 10 миллионов людей, которые имеют прописку. Из них три с половиной, четыре миллиона людей, исповедующих ислам, практикующих ислам: кавказцы и представители азиатских народов.
Со всеми лидерами азиатских народов у Ассамблеи народов Кавказа выстроены потрясающие отношения. И в час икс, когда в России надо будет действовать, мы будем действовать.
И только по согласованию с нами установится та власть, которая будет управлять Россией. Только с нами. Потому что у России есть традиция: тот, кто взял столицу, тот и взял страну.
А в столице не будет никто управлять, и никто не придет к власти, не согласовав с нами. И это мы можем говорить смело, потому что на это мы имеем основания.
Многие люди рассчитывают на американские и на британские сионистские деньги, чтобы вновь вернуться и управлять дальше Россией. Но ситуация в мире меняется! В США люди, которые привели и поставили Путина во главе России, теряют сами власть. И те, кто рассчитывают, что они унаследуют трон Путина, в высочайшей степени заблуждаются. И мы не позволим этому случиться.
Поэтому им надо со мной договариваться.
Они будут спрашивать, что вам надо, чтобы уйти и не портить нам наши условия, чтобы мы могли бы управлять Россией? В этом направлении, в отличие от них, мы работаем. Что за ними? Студентики, которые с фонариками будут ходить.
Что за нами? Люди, которые, если надо, и голову оторвут, и башку снесут, и на баррикады пойдут, и баррикаду выстроят. Вот в чем между нами принципиальная разница. И мы эту разницу будем только укреплять, и в этом направлении будем двигаться дальше. Вот наш тезис: мы просто сейчас не оставим Россию, закрывшись у себя дома. Нет! У чеченцев есть поговорка: только захватив левый берег, можно удержать правый.
И поэтому мы сейчас взяли на себя обязательство. Мы будем контролировать Москву для того, чтобы Москва не ерепенилась с окружающими народами и окружающими государствами. Только так, и по-другому не получится.
Россия уже бессильна. Если бы [в другой части российского общества] не находились бы те же Фейгины, Каспаровы, Гудковы, действительно, люди порядочные, люди, которые стремятся к лучшему обустройству российского государства… К сожалению, подавляющее большинство, 80–85%, придерживается нарратива Путина. Когда мне пытаются внушить, что все это Путин, я говорю: нет, Путин транслирует ровно то, что ему говорят вот это основное русское общество, исповедующее религию русского национализма, называемого идеологией русского мира. И именно с этой идеологией они пришли в Украину, с этой идеологией они убивают украинцев, оккупируют Украину.
