Десять вопросов о визите Си Цзиньпина к Дональду Трампу

– Что Си и Трамп будут считать успешным результатом вашингтонского саммита?

– Визит еще продолжается, завтра состоится второй день переговоров. В первый день стороны обсуждали торговлю, искусственный интеллект и безопасность, а из китайского сообщения следует, что они достигли «новой совместной договоренности» в торговой сфере. Подробностей пока ждем.

Ранее было объявлено о продлении торгового перемирия на два месяца. Срок кажется небольшим, но он создает основу для дальнейших переговоров и позволяет сохранить положительную динамику в моментвсе более острого соперничества в таких областях, как ИИ. Стороны также заявили, что поддержат друг друга при проведении саммитов АТЭС и Двадцатки в этом году. Раньше часто говорили, что экономика и торговля служат основой, стабилизирующим американо-китайские отношения. Торговля и сейчас остается областью, где стороны способны непосредственно продвигать сотрудничество.

Китай, вероятно, опубликует достигнутые во время визита договоренности. Белый дом может выпустить итоговый перечень результатов или информационный документ в выходные.

В американо-китайских отношениях дипломатия на уровне первых лиц имеет самостоятельное значение: она помогает не допустить срыва отношений в условиях напряженного соперничества. Поэтому успех саммита определяется не громкими сделками, а достижением взаимопонимания или обязательством поддерживать долгосрочную стратегическую стабильность. Уже сама беспрецедентная пышность приема показывает, насколько важно для обеих сторон удерживать под контролем риски в одних из самых сложных двусторонних отношений в мире.

– Что предпримет Пекин, если Трамп возобновит поставки оружия Тайваню?

– Тайваньский вопрос относится для Пекина к числу ключевых национальных интересов и является одновременно красной чертой и нижней границей допустимого в отношениях Китая и США.

Пекин неоднократно подчеркивал, что компромисса здесь не будет. Трамп это прекрасно понимает. США рассматривают возможность отложить объявление о крупных поставках вооружений Тайваню до ноябрьского саммита АТЭС в Шэньчжэне или даже до конца года.

Если Трамп возобновит поставки, это, скорее всего, разрушит накопленный импульс к сохранению хрупкой стабильности и может вновь прервать недавно восстановленные контакты между военными двух стран, которые практически прекратились после визита Нэнси Пелоси на Тайвань.

Пекин может также воспользоваться контролем над важнейшими цепочками поставок — например, редкоземельных и других критически важных минералов, — тветить тарифами на поставки оружия или вовсе прекратить экономические переговоры. Не исключено и расширение учений, имитирующих блокаду Тайваня, это будет демонстрацией решимости.

Официальное сообщение о переговорах первого дня уже содержит ясный сигнал: Си подтвердил неизменность позиции Пекина по Тайваню и призвал Трампа «тщательно» обдумать позицию США и выступить против независимости острова.

– Могли ли Си и Трамп обсудить прекращение войн в Иране и Украине? Китай обладает беспрецедентным влиянием на оба конфликта, хотя остается в стороне от них.

– Короткий ответ — и да, и нет.

По данным китайских государственных СМИ, в первый день переговоров лидеры действительно обсуждали Ближний Восток, войну в Украине и ситуацию на Корейском полуострове. Белый дом собственного сообщения о переговорах пока не опубликовал.

Китайское государственное агентство «Синьхуа» выпустило отдельное сообщение, подробно изложив позицию Си по Ближнему Востоку, но не по войне в Украине. В нем говорится: «Китай всегда считал, что суверенитет и безопасность всех государств должны уважаться. Китай последовательно играет конструктивную роль в снижении напряженности и охлаждении ситуации, призывая все стороны выбирать мирный путь и сохранять динамику переговоров. Китай поддерживает возвращение США и Ирана к Исламабадскому меморандуму и надеется, что обе стороны как можно скорее вновь встанут на путь решения проблем посредством диалога и переговоров, в конечном итоге достигнут всеобъемлющего соглашения, включая ядерный вопрос, и добьются мира».

Утверждение о беспрецедентном влиянии Китая на эти две войны — и тем более на возможность их прекращения — остается спорным. Ход военных действий по-прежнему в значительной степени зависит от США и их глобальной стратегии.

– Обсуждались ли ограничения Китая на экспорт редкоземельных металлов и обещания закупать американский СПГ — или все свелось к красивым фотографиям и замораживанию тарифной войны?

– Ограничения на экспорт редкоземельных металлов, безусловно, являются одним из главных вопросов торговых переговоров. Почти наверняка тема возникла и во время нынешнего визита, но подробностей пока нет.

О закупках СПГ публичной информации по итогам саммита также не появилось. Любые коммерческие договоренности могут оказаться под угрозой, если отношения вновь ухудшатся. Пекин ясно дал понять, что не собирается поступаться ключевыми интересами ради коммерческих сделок. Достаточно вспомнить визит Трампа в Китай в 2017 году: по мере стремительного ухудшения отношений закупки Китаем американского СПГ в значительной степени прекратились или были заморожены.

Но и все равно это не означает, что нынешний саммит — всего лишь фотосессия во время тарифного перемирия. Его продление еще на два месяца создает основу для дальнейших торговых переговоров.

– Могут ли китайские производители электромобилей открыть заводы в США? Всем известна любовь Трампа к промышленному производству?

– Дональд Трамп давал понять, что открыт для такой идеи, однако реальность, скорее всего, этому помешает. В обозримом будущем крайне маловероятно, что китайские производители электромобилей вроде BYD начнут строить заводы в США.

Американские, европейские и японские автомобильные отраслевые объединения призывают США не допускать китайских автопроизводителей на рынок. В Конгрессе существует двухпартийное сопротивление их приходу — как из соображений национальной безопасности, так и из-за ценовой конкуренции.

Опасения Вашингтона по поводу дальнейшего роста китайских прямых инвестиций стали одной из основных причин, по которым застопорилось продвижение по инвестиционному соглашению, обсуждавшемуся во время майского визита Трампа в Китай.

– Как будет развиваться соперничество США и Китая в области ИИ?

– Управление конкуренцией в сфере искусственного интеллекта находится в самом центре нынешнего саммита. В ближайшие годы именно ИИ, по всей видимости, станет главным полем технологического соперничества США и Китая.

Различия уже проявились, и противостояние все отчетливее раскалывает мир на два лагеря — не только в вопросе о том, как развивать ИИ, но и в борьбе за средние державы и страны Глобального юга.

Обе стороны понимают необходимость сотрудничества в области ИИ, а главным препятствием остается крайне низкий уровень политического доверия. Китайские компании обвинены в краже и копировании американских моделей. Пекин решительно отвергает эти обвинения, утверждая, что Вашингтон стремится монополизировать новую технологию и затормозить развитие Китая, и предупреждает об ответных мерах. Это может превратиться в новую — и опасную — точку конфликта.

– Как на саммите обеспечивают и проверяют точность перевода?

– Выступления на саммите тщательно готовятся и выверяются, чтобы исключить недоразумения и ненужный риск конфронтации. Проблема не только в правильном переводе, но и в интерпретации политического языка — как устного, так и письменного. Иногда выбор одной буквы или одного китайского иероглифа способен подать тонкий политический сигнал или породить предположения об изменении двусторонних отношений.

Достаточно вспомнить китайскую четырехзнаковую идиому hao zi wei zhi, прозвучавшую в китайском сообщении о телефонном разговоре Ван И и Марко Рубио. Разные варианты перевода способны придать одной и той же фразе совершенно разный смысл; имеет значение и то, кому именно адресованы слова.

– Никаких конкретных соглашений заключено не было. Довольно странный визит. Как его понимать — просто как символический жест?

– Нет. Это больше чем жест и больше чем символика.

На государственном саммите такого уровня — между Китаем и США — сама форма становится содержанием. Визит нужен не только для заключения конкретных сделок, да и сами сделки не являются конечной целью.

Переговоры на высшем уровне задают общий тон соперничеству во всех областях и помогают обходить опасные точки. По многим вопросам сначала необходимо согласие лидеров, и лишь затем бюрократические аппараты обеих стран могут двигаться дальше.

Китаю необходимо сохранить хотя бы базовую стабильность отношений с США в преддверии важнейшего внутриполитического события — пятого пленума в следующем месяце, который будет иметь большое значение для перестановок в высшем руководстве в будущем году.

Беспрецедентно пышный прием Си дает сигнал другим странам — прежде всего союзникам США: Китай находится с Америкой на равных. Именно это Пекин считает основой содержательного диалога. Такая демонстрация может повлиять и на то, как другие государства будут выстраивать отношения с Китаем.

– Как, с точки зрения Пекина и Вашингтона, предстоящие промежуточные выборы в США повлияют на атмосферу, диалог и результаты государственного визита?

– Помните громкие обвинения Трампа в адрес Китая во вмешательстве в выборы? На короткое время даже возникли опасения, что они могут сорвать визит Си.

Трамп хотел продемонстрировать жесткость по отношению к Китаю, но одновременно держал в уме промежуточные выборы этого года. Пекин тогда реагировал на обвинения весьма сдержанно.

Политическая система Китая сильно отличается от американской, и это определяет, как Пекин формулирует и принимает внешнеполитические решения. Возможно, прозвучит банально, но Китай уделяет больше внимания преемственности политики и долгосрочной стратегии отношений с США, выходящей далеко за рамки промежуточных выборов.

Согласованное накануне саммита продление торгового перемирия на два месяца дает обеим сторонам возможность снизить влияние американских внутриполитических перемен и одновременно показывает осторожность Пекина перед возможными факторами дестабилизации.

– Как вы оцениваете влияние США и их возможные действия в контексте отношений Индии и Китая и формирующегося многополярного мирового порядка?

– Несколько лет назад в Китае был очень популярен тезис: «Восток поднимается, Запад приходит в упадок». Но по мере распространения подобных взглядов все громче звучали призывы не впадать в чрезмерный оптимизм. Мы не отрицаем, что Китай стремительно догоняет США, однако Соединенные Штаты по-прежнему остаются самой могущественной державой мира и обладают наиболее передовыми технологиями. В то же время их влияние все чаще оспаривают собственные союзники, усиливающиеся средние державы и страны Глобального юга.

Трилогия Лю Цысиня «Задача трех тел» — прекрасная метафора стремительно меняющегося мирового порядка. От того, удастся ли и насколько быстро создать общепризнанные глобальные правила для новых сфер — прежде всего ИИ и космоса, — зависит, вступаем ли мы в эпоху хаоса.