Кто выиграл и кто проиграл на юго-западе Германии? Что означает региональный результат для общенациональной политики?
Победители
Вся внутриполитическая электоральная стратегии Фридриха Мерца за первые 10 месяцев его канцлерства строилась на двух мессиджах избирателю. Глава правительства предупреждал об опасности, исходящей от правых радикалов из «Альтернативы для Германии» (АдГ), отрицая всякое сотрудничество с этой партией, и одновременно внушал мысль: единственно верным ответом на ультраправые угрозы и нестабильность может быть голосование за консерваторов ХДС/ХСС как самую рейтинговую демократическую силу. Так Мерцу небезуспешно удавалось «переманивать» на свою сторону часть симпатизантов социал-демократов СДПГ, либералов СвДП и Зеленых. Избиратель думал рационально: если мой политический фаворит имеет лишь ограниченные возможности реагировать на нынешние вызовы, то можно поддержать и других, менее близких, но обладающих достаточным влиянием.
Во время кампании в Баден-Вюртемберге казалось, что события будут развиваться именно по этому сценарию. В земле в течение полутора десятилетий руководили Зеленые, однако это не в последнюю очередь было связано с личностью премьер-министра Вильфрида Кречманна, опытного и популярного политика, разработавшего оригинальный имидж «либерала с нотками прогрессивного консерватора», идеально подходившего для местной специфики.
Но Кречманн заявил об уходе из политики, и ХДС увидел в этом свой звездный час.
Консерваторов повел в бой Мануэль Хагель, председатель земельного отделения партии и глава фракции в ландтаге. Также Хагель возглавлял конференцию глав фракций ХДС/ХСС разного уровня, что помогало ему сохранять важные партийные контакты далеко за пределами земли. Он казался более «выигрышным», чем его основной конкурент, Джем Оздемир от Зеленых. 37-летний Хагель делал ставку на свою молодость, запрос избирателей на перемены и лучшую связь с земельными реалиями. 60-летний Оздемир – так же, как и Хагель, уроженец региона, политический тяжеловес, бывший сопредседателем партии и министром в правительстве Олафа Шольца. Но долгие годы в берлинских коридорах власти создавали впечатление его некоторой оторванности от местных проблем. Казалось, расчет консерваторов полностью оправдывается: Оздемир не выглядел эффективной «заменой» Кречманну, а рейтинг Зеленых падал на всех уровнях. Первоначально разрыв между партиями составлял 14 процентных пунктов в пользу консерваторов, к середине прошлого года 11, а к концу ХДС все еще опережал на 8-9 пунктов.
Исход голосования показал, что германская политика способна на сюрпризы. Ко дню выборов рейтинг основных соперников практически сравнялся. А затем Зеленые, не в последнюю очередь благодаря активной кампании и готовности представлять в политике широкие слои избирателей, а не только своих сторонников, буквально вырвали победу у ХДС с разницей в 0,5 процентных пункта (30,2% против 29,7%, по предварительным итогам).
Хагель совершил несколько тяжелых ошибок. Во-первых, в какой-то момент он стал «почивать на лаврах», думая, что победа у него уже в кармане. В ходе кампании он стал фигурантом нескольких скандалов, позволяя себе не слишком компетентные высказывания, которые умело были использованы его конкурентами.
Во-вторых, он недооценил Оздемира, которому удалось стать в глазах избирателей «Кречманном-2», доказать, что он «свой». Лейтмотивом его кампании стала фраза «Да, я зеленый, но в первую очередь я баден-вюртембергский зеленый». В-третьих, консерваторы не учли, что принцип Мерца «если за демократию, то за нас», может быть использован и против ХДС. Оздемир показал, что существует не только правоцентристская, но и левоцентристская альтернатива ультраправым.
Результат Зеленых в абсолютных величинах ухудшился в сравнении с двумя предыдущими выборами в земле. Но им хватило для важной психологической победы и заявки на пост премьер-министра. Правда, обе партии завоевали одинаковое количество мест в парламенте, по 56. Скорее всего, в Баден-Вюртемберге будет сформирована коалиция Зеленых и ХДС, а Оздемир станет первым в истории Германии главой земельного правительства с миграционными корнями (родители Оздемира из Турции, отец по национальности черкес). Остается интригой, получит ли Хагель министерский пост. Политик поспешил заявить о своем уходе, но однопартийцы его отставку не приняли: равной по значимости фигуры у местных консерваторов сейчас нет.
Проигравшие
Сразу три партии стали аутсайдерами выборов: социал-демократы, либералы и Левые.
СДПГ продолжила негативный тренд последних лет. В Баден-Вюртемберге повторились события, преследовавшие соцдемов с завидной периодичностью. Партия активно начала кампанию, предложив избирателям целую палитру важных тем и методик решения проблем региона.
Предвыборные опросы показывали, что именно эти темы по-настоящему волнуют граждан. Например, социальное обеспечение, один из ключевых разделов программы СДПГ, был поставлен респондентами на второе место в рейтинге значимости. Но социал-демократы «споткнулись» сразу о несколько «препятствий». Их кандидат Андреас Штох выглядел не слишком убедительно. Кампания СДПГ фактически курировалась из Берлина, что вряд ли было позитивно воспринято в регионе, столь гордящимся своими особенностями.
Социологические исследования показали, что немалый процент электората вменял социал-демократам в вину, что они более озабочены поддержкой получателей социальных пособий, чем работающего населения. Наконец, значительное количество наемных сотрудников, бывшая электоральная база СДПГ, отмечали в опросах, что не ощущают себя представленными в программе и политической активности соцдемов. Партия утратила существенные группы из числа трудоспособного населения, сохранив лишь своих преданных сторонников среди людей старшего возраста. СДПГ вынуждена была довольствоваться 5,5% голосов, ровно в два раза меньше, чем в 2021 году, на грани проходного барьера, и это на западе Германии, в земле с давними традициями социал-демократии. Партия находится в глубоком кризисе.
Электоральная судьба либералов оказалась еще хуже. СвДП потеряла более половины сторонников и, набрав 4,4% голосов, впервые в истории более не будет представлена в ландтаге Баден-Вюртемберга, своем бывшем электоральном бастионе и родине многих видных либеральных политиков. Критики говорят об экзистенциальном кризисе либералов, поставившем партию на грань выживания.
Еще в 2024 году СвДП входила в правящую коалицию, а ее глава, министр финансов и вице-канцлер Кристиан Линднер, во многом устанавливал правила игры в Берлине. Позднее он стал не только разрушителем коалиции, но и не смог провести партию в Бундестаг на внеочередных выборах в феврале 2025 года. Теперь падение СвДП продолжилось. Свободные демократы утратили свой политический профиль и потеряли электоральную нишу, которая делала их пусть не претендентом на победу, но важным потенциальным союзником для консерваторов и левоцентристов. Дошло до того, что Мерц прямо заявил после оглашения результатов нынешних выборов: СвДП окончательно исчезла с политической сцены Германии и не будет более играть какую-либо роль.
К числу проигравших можно отнести и Левую партию. Западная часть страны явно не является местом проживания ее основных сторонников, но на волне успехов последнего года Левые рассчитывали все же пройти в парламент. Для этого были основания. Партия вернула себе значительную часть своего прошлого электората, за 2025 год увеличила представительство в Бундестаге и показала двухзначный результат в (западногерманском) Гамбурге, а из-за крушения Союза Сары Вагенкнехт снова заняла место основной политической силы левее СДПГ. Партия активно пыталась заинтересовать избирателя в ходе кампании, применяя в том числе посещения на дому, но ей не хватило ресурсов. Часть ее потенциального электората предпочла голосовать стратегически, отдав голос Зеленым с целью не допустить консерватора в кресло главы земли. С результатом 4,4% Левые не прошли в ландтаг.
Ультраправые
АдГ трудно отнести как к «победителям», так и к однозначно «проигравшим». Успехом партии может стать тот факт, что она действительно реализовывает линию на общегерманское представительство. «Альтернатива» явно перестала быть «партией востока». Выборы-2026 в «благополучной и либеральной» земле Баден-Вюртемберг это еще раз показали. АдГ заняла третье место и набрала 18,8% голосов, +9,1 процентного пункта в сравнении с предыдущими выборами. Это максимальный прирост поддержки среди всех участников избирательной гонки. Если рассматривать отдельные группы населения, АдГ может записать на свой счет резкий рост симпатий избирателей, причисляющих себя к «представителям рабочих профессий»: 37%. (Самооценка, насколько это возможно в современном постиндустриальном обществе). АдГ выбрал 41% опрошенных, посчитавших свое финансовое положение «плохим». На ультраправых избирателей не повлияли и скандалы вокруг Маркуса Фронмайера, первого номера в списке «Альтернативы»: близость к Москве, личное упоминание в отчетах спецслужб в качестве правого экстремиста, подозрения в кумовстве и коррупции и даже отъезд в разгар избирательной кампании для встречи с единомышленниками в США.
Но арифметическое увеличение количества мест в ландтаге не продвинуло АдГ ни на миллиметр по пути во власть. Фронмайер предложил сотрудничество ХДС, назвав это потенциальным «гражданско-консервативным союзом», понимая, что партии, занявшие второе и третье место, теоретически могли бы собрать большинство и без участия победителей в лице Зеленых. Хагель даже несколько поэтично заявил, что для него не существует такого политического поста в мире, на который он хотел бы быть избран с привлечением голосов АдГ. А вероятный будущий земельный премьер Оздемир и вовсе отметил, что ставит перед собой одну из главных целей: сделать все от него зависящее, чтобы следующий результат «Альтернативы» был хуже бы нынешнего.
Земля и федерация
Взаимосвязь между популярностью партий на федеральном и земельном уровне является в Германии весьма тонкой материей. Иногда политическая сила может воспользоваться «бонусом из Берлина», а в ряде других случаев региональный избиратель пользуется для своего выбора совсем иными, «местными» критериями.
«Жертвами» федерального тренда можно назвать либералов. Они никак не могут преодолеть планку в 4% в национальных опросах и эти импульсы передались жителям Баден-Вюртемберга. Значительный процент бывших избирателей этой партии просто не увидел в этот раз смысла за нее голосовать. 145 тыс. голосов перешли к ХДС.
Воспользовалась общефедеральной тенденцией и АдГ. Ее голоса, как от убежденных ультраправых, так и от «разочаровавшихся», которых в Германии часто называют «обозленными избирателями» – это в большей степени отнюдь не символ недовольства земельной политикой. Баден-Вюртемберг, занимающий третье место из 16 по доходам населения, отнюдь не бедный регион ФРГ. Опросы показали, что электорат АдГ имеет давний список «претензий», от миграции и «брюссельских бюрократов» до помощи Украине. Все эти вопросы вне компетенции земли. Однако именно по этой причине за АдГ голосуют и ее земельные избиратели. В то же время ультраправым удалось решить отнюдь не все свои проблемы. Одной из целевых групп они выбрали молодежь и приложили немало усилий для работы с ними. Но в итоге популярность АдГ в категории до 24 лет составила всего 16 процентов, ниже общего результата.
«Промежуточную ступень» заняли социал-демократы. С одной стороны, федеральный рейтинг СДПГ уже долгое время стагнирует между 14 и 16 процентами. В среде самих левоцентристов и в обществе в целом не утихают споры, чьи интересы ныне представляет партия и как ей найти оптимальный модус своего участия в политической борьбе. Региональный избиратель это видел и понимал. С другой, результат на уровне проходного барьера – это «слишком» даже для соцдемов в их нынешнем состоянии. Все же партия входит в правящую коалицию, а ее представитель Шольц был канцлером ФРГ всего лишь меньше года назад. Здесь все же сработал «местный фактор». Потеря 205.000 голосов, из них 115.000 только Зеленым – это очень много для земельных выборов. Избиратель СДПГ предпочел поставить на Оздемира.
Зеленые стали не только победителями, но и главными благополучателями «региональных особенностей». На федеральном уровне партия переживает тяжелые времена. Уже больше года ее популярность составляет всего 11–12 процентов. Меняются председатели. «Штормит» местные партячейки. Но Оздемиру, как и Кречманну до него, только в более тяжелых условиях, удалось убедить избирателей, что штутгартские Зеленые чуть ли не имеют никакого отношения к Зеленым в Берлине.
Итоги выборов в Баден-Вюртемберге не внесут кардинальных изменений в общегерманский политический расклад. В Бундесрате, второй палате парламента, где представлены земли, по-прежнему будет «зеленый» голос, пусть и с «консервативным окрасом». Однако сам факт того, что премьером впервые станет политик с миграционными корнями, является важным мотивирующим фактором для 25 миллионов жителей Германии с миграционным бэкграундом. Эти 30 процентов населения до сих пор не представлены в должной мере в законодательной и исполнительной власти. Также выборы продемонстрировали границы возможностей Мерца. Далеко не всегда получается побеждать благодаря противопоставлению «либо я, либо они».
