Для контекста: довыборы (by-election) устраивают в отдельно взятом округе, если местный депутат Палаты общин внезапно умирает, попадается на коррупции или добровольно уходит в отставку. Вся страна живет дальше, и только один округ голосует за нового представителя.
Но с Мейкерфилдом, рабочим пригородом Уигана, что на севере Англии, история совершенно невероятная. Я сейчас произнесу фразу про «самые важные довыборы в истории», и нет, я ни капли не преувеличиваю. Тори и либеральных демократов здесь можно даже не брать в расчет — они болтаются на уровне статистической погрешности в округе, который бесперебойно красится в красный лейбористский цвет с 1906 года. И вот этот железобетонный мандат прямо сейчас превращается в орудие изысканного политического убийства.
На кону — судьба действующего премьер-министра Кира Стармера.
Заговор в духе «Карточного домика»
Сегодняшнее голосование назначено не из-за внезапной болезни или скандала. Перед нами — чистый, просчитанный заговор. Предыдущий член парламента от Мейкерфилда Джош Саймонс, преданный сторонник мэра Большого Манчестера Энди Бёрнема, сознательно принес себя в жертву и сдал мандат.
Зачем?
Дело в жестких правилах Лейбористской партии. Ты можешь быть сколь угодно популярным региональным лидером, но если тебя нет в Палате общин, ты не имеешь права возглавить партию и стать премьер-министром страны. Из кресла мэра Манчестера Даунинг-стрит не штурмуют.
Бёрнему кровь из носа нужен был пропуск в парламент, и соратник дал ему дорогу.
Интрига в том, что Бёрнем пытался провернуть этот трюк всего несколько месяцев назад на других довыборах. Тогда Национальный исполнительный комитет лейбористов (NEC) — по сути, такой вестминстерский ЦК, — жестко заблокировал его выдвижение. Кир Стармер прекрасно понимал, какую угрозу несет Бёрнем, испугался и лично наложил вето.
Однако за прошедшие месяцы ситуация изменилась. Рейтинги Стармера пробили дно, внутри партии началось брожение, а самого премьера стали открыто обвинять в узурпации власти и зачистке конкурентов. Чтобы окончательно не растерять остатки политического достоинства и не выглядеть красным диктатором, Стармеру пришлось сдать назад.
На этот раз лейбористское политбюро закрыло глаза, и Бёрнема пропустили.
Последняя надежда партии (и личный кошмар Даунинг-стрит)
Энди Бёрнем, мэр Большого Манчестера и самопровозглашенный «король Севера», давно выглядит белой вороной на фоне унылых вестминстерских технократов с их вылизанными партийными методичками. Он — политик с живым лицом.
Кир Стармер два года назад продал себя избирателям как человека порядка, такого строгого менеджера, который придет и все починит. Однако на деле налоги выросли, качество госуслуг продолжает пробивать дно, а правительство умудрилось сжечь свой колоссальный кредит доверия с какой-то рекордной скоростью.
Отсюда рождается абсолютно невероятный, но гениальный по своей сути неофициальный слоган этой кампании:
Голосуйте за лейбориста, чтобы избавиться от лидера лейбористов.
Никто, конечно, не печатает это на листовках. Но все всё понимают. Если Бёрнем возвращается в парламент, он автоматически, самим фактом своего присутствия открывает лидерскую гонку. Стармеру ее не выиграть. По слухам из партийных кулуаров, Энди не собирается устраивать кровавый переворот в первые же 72 часа. Он предпочтет зайти к премьеру на чашку чая и вежливо обсудить таймлайн «достойного ухода» — что в переводе с вестминстерского на человеческий означает согласование расписания капитуляции.
Радикалы из интернета выходят в офлайн
Вторая половина этой интриги разворачивается на правом фланге. Еще недавно партия Найджела Фараджа (Reform UK) считалась главной страшилкой британской политики. А сейчас Фарадж сам страдает от конкуренции, потому что справа от него внезапно выросла еще более правая Restore Britain.
Для этой новой партии Мейкерфилд станет первым реальным краш-тестом. Одно дело громко шуметь в соцсетях, требуя немедленно закрыть границы, отменить все либеральные законы и объявить крестовый поход лондонским элитам. И совсем другое — заставить живого человека встать с дивана и дойти до избирательной урны и проголосовать. Для избирателей Restore Фарадж — это уже какой-то слишком компромиссный, системный дед из телевизора.
И главная ирония в том, что именно эти радикалы сейчас стелят Бёрнему красную дорожку в Вестминстер. Правые голоса почти наверняка будут расколоты пополам. Если бы Restore не оттянула на себя часть протестного электората, кандидат от Фараджа был бы на первом месте (по крайней мере в опросах).
Победитель забирает все. Даже если с трудом
Британская избирательная система жестока: победитель получает мандат, даже если обошел конкурента на один голос. Я ставлю на победу Бёрнема, но разрыв составит всего несколько тысяч голосов. Никакого триумфального разгрома не предвидится просто потому, что у рабочего Севера последние 10 лет с лейбористской партией, что называется, love-hate отношения. В прямом смысле слова.
Но если Бёрнем умудрится проиграть, для лейбористов это будет началом конца. Да, технически они досидят со своим огромным большинством до 2029 года. Но если партия не способна провести в парламент даже свою самую популярную альтернативную фигуру в абсолютно безопасном округе, значит, она находится при смерти.
Вообще, британская политика последних лет — дело абсолютно гиблое для любых прогнозов. Подумать только: всего два года назад Стармер одержал сокрушительную победу, а сегодня лейбористы ползут на втором месте в опросах, уступая партии Фараджа.
Если Бёрнем берет этот округ, становится лидером партии, пересобирает верхушку и откатывает назад пару самых непопулярных решений Стармера, у лейбористов появляется крошечный шанс не вылететь с Даунинг Стрит, 10, через три года. О новых рекордах придется забыть, но они хотя бы останутся на плаву.
Поэтому сегодня жители Мейкерфилда, городка, о существовании которого никто за пределами Большого Манчестера и знать не знал, пойдут голосовать за более качественный ремонт дорог и справедливые местные налоги. А к утру внезапно обнаружат, что своими руками уволили премьер-министра Великобритании.
За такие фокусы мы и любим британскую политику.
