Спору нет, политический путь от президентской кампании-1996 до того, что мы сейчас расхлебываем, проследить легко. Сложнее ответить на вопрос, куда повернула бы российская история, если бы интрига и итоги тогдашней борьбы за президентство оказались другими.
К счастью, один из двух главных тогдашних героев не только пребывает в здравом уме, но и продолжает успешно заниматься политикой. Есть у кого спросить.
Он не стал плясать под дудку
К тридцатилетию первого тура президентских выборов (напомню, что он состоялся 16 июня 1996-го, а второй и окончательный — 3 июля) Геннадий Андреевич Зюганов ответил на вопросы «Комсомольской правды». Глава коммунистов изложил три основных тезиса.
Во-первых, выборы были нечестными и нерусскими:
Порядок проведения выборов писали за кордоном… Сидела та же шарашка американизированная и, собственно говоря, продавливали эти выборы… Города-миллионники, сырьевые регионы этой шайкой были взяты под контроль, и они диктовали свои условия… Тот же Чубайс гвоздь в крышку гроба коммунистического забивал, а теперь сам фамилию и имя переменил и шастает по заграницам. Давно надо было вытащить и отправить в Магадан на прииски…
Во-вторых, после того сфабрикованного врагом поражения его партия шаг за шагом все-таки взяла реванш и в конечном итоге нашла в лице Путина осуществителя своего курса:
После этих выборов мы собрались и решили дать бой уже в регионах России… Прямо тебе скажу, нам это удалось… При моей поддержке тогда удалось провести около 40 губернаторов, которые спасли страну в результате своего личного подвига… Они не дали погубить ее воровской шайке, которая сидела в Москве и продавала и предавала все на свете… И наше мужество заключалось в том, что мы, мало того, что сумели на местных выборах укрепить звено региональной власти, но и создать широкое патриотическое движение, Народно-патриотический союз… И в принципе вырулить на тот курс, который позволил с приходом Путина занять государственную патриотическую линию…
И, в-третьих, нынешняя война стала логическим продолжением той борьбы, которую он вел в 1996-м:
Натовцы расширялись, взяли за горло и развязали эту войну, которая им позарез нужна. И сейчас нам всем надо понимать, войну-то ведут на полное уничтожение нашей державы. Они и тогда (в 1996-м — прим. «КП») потирали руки и считали: всё припарковали, всё захапали, базовые отрасли убили, военно-промышленный комплекс угробили, школу советскую ликвидировали, ввели «Болонку», и мы будем плясать под их дудку. Мы не стали плясать… И во главе этого широкого движения стояла наша команда, и мы этим гордимся…
Несмотря на некоторую запальчивость, зюгановские постулаты в основном соответствуют действительности и нуждаются скорее в дополнениях, чем в опровержениях.
Беспечные дети системы
Были ли те выборы подделаны? На их отчетные результаты (35,3% к 32% в пользу Ельцина в первом туре и 53,8% к 40,3% во втором) наложились местные фальсификации в пользу как одного, так и другого. Чаще в пользу Ельцина. Но итоговый разрыв между ним и Зюгановым (10,3 млн голосов) слишком велик, чтобы быть в чистом виде выдумкой.
Все заслуживающие серьезного отношения оценки показывают, что Ельцин даже и в реальности обошел Зюганова, пускай и не с таким убедительным перевесом, как объявили.
Но это не сделало выборы честными. И дело не только и не столько в колоссальном медианажиме, которому подвергся претендент-коммунист. По сути вся предвыборная кампания не была тем, за что себя выдавала.
Оба лагеря начали с того, что выдвинули по подставному претенденту и вели от их имени кампании, параллельные основным. Ельцинисты подманивали публику генералом Александром Лебедем, а зюгановцы — демагогом Аманом Тулеевым. С тем, чтобы перед финишем оба инсценировали снятие своих кандидатур в пользу основных претендентов.
Ирония ситуации заключалась в том, что речистый, энергичный и в ту пору обаятельный Тулеев, с его довольно успешным опытом президентской кампании-1991, мог стать более сильным кандидатом, чем вялый и трусоватый Зюганов. А от официального стана, вместо больного и явно выходящего в тираж Ельцина, политическая логика вообще требовала выставить кого-то другого, поновее. Видимо, тогдашнего премьер-министра.
Соревнование Черномырдина с Тулеевым смотрелось бы гораздо более органичным, чем борьба Зюганова с Ельциным, которая выглядела ненатуральной и была именно таковой. Недееспособность Ельцина хоть и скрывалась, но чувствовалась. И то, что Зюганов не бьется за победу по-настоящему, тоже можно было уловить. Оба были детьми системы, оба играли по ее правилам.
Несостоятельность тогдашней верхушки РФ проявилась в неспособности заменить больного кандидата здоровым. А несостоятельность «оппозиции» — в готовности обменять надежду на верховную власть на несколько губернаторских должностей и статус ни за что не отвечающего и хорошо оплачиваемого «широкого патриотического движения».
В системе не было работающих демократических стандартов и механизмов до этих выборов, и они уж точно не могли появиться после них, пусть даже избиратель 3 июля имел возможность самым свободным образом выбрать из двух фамилий.
Гордые подпевалы
Из этого не следует, что у зюгановцев не было идей. Идеи как раз были. 15 марта 1996-го Госдума, в которой коммунисты после только что прошедших выборов задавали тон, денонсировала Беловежские соглашения и как бы восстановила распавшийся СССР. Знаменитый демарш околоельцинских силовиков, которые предложили президенту отменить выборы, разогнать Думу и ввести чрезвычайное положение, был ответом именно на эту акцию.
Но Ельцин постановил продолжать выборную борьбу и сделал ставку на клан Анатолия Чубайса, пиар-продукцией которого стала взвинченная пропаганда, убеждавшая народ, будто зюгановцы хотят реставрировать социализм. Что было отвлекающим маневром, поскольку реставрировать они обещали вовсе не советский социализм, а только советскую империю.
Этот жульнический маневр, весьма на словах осуждаемый коммунистами, осуществлялся с обоюдного согласия сторон. Ельцинисты понимали, что народ охотно клюнет на призыв вернуть империю и старались отвлечь публику от этой идеи. А зюгановцы знали, что если нажмут на державные лозунги, то уверенно победят на выборах, после чего в порядке выполнения обещаний придется напасть на Украину. Чего Зюганов, конечно, хотел, но по слабости характера побаивался.
И он не лукавит, когда сейчас «с гордостью» напоминает, что нынешняя война — «продолжение того широкого движения, во главе которого стояла наша команда». Можно спорить, рискнули или не рискнули бы коммунисты уже в 1996-м начать имперскую реконкисту, но то, что в случае своей победы они ее обещали — факт.
Путинский режим в том виде, в каком он в десятые годы начал российско-украинские войны, выступил как наследник и продолжатель зюгановщины-1996. Сегодняшний Зюганов, который нашел себя в роли путинского подпевалы, вовсе не присваивает себе чужие лавры, он почивает на них, когда напоминает об этом давнем факте.
Присосались и молчат
Теперь разберем популярное предположение, что неважно, хорош был Зюганов или плох, но если б ему дали в тот раз победить, это открыло бы дорогу к сменяемости власти, а значит и к демократии в РФ. Разделим наш разбор на две части.
Во-первых, демократами ли были Зюганов и зюгановцы 1990-х? Ну, конечно, нет. Сколько бы ни возникло тогда красных губернаторов, сорок или меньше, ни один из них никакого регионального демократического режима после себя не оставил. Ничего, кроме своей, деревенской автократии, они придумать просто не смогли.
Победив на выборах и осуществив тем самым принцип сменяемости власти, каждый из них молча присасывался к своему региону и старался удержаться там как можно дольше и разграбить его как можно основательнее. Классический пример — несостоявшийся победитель президентской кампании-1996 Тулеев. В 1997-м он избрался в кемеровские губернаторы и 21 год там царил, принося посильный вред и даже и не думая уходить, пока Путин не выгнал его, чтобы очистить место для своего свойственника.
В этом пункте мы можем положиться на добросовестность самого Зюганова. В 1996-м он обещал избирателям что угодно, но уж только не свободы.
Но, может быть, и это во-вторых, российская демократия возникла бы сама собой, независимо от зюгановского хотения? Сел бы он на престол в 1996-м в порядке сменяемости власти, а в 2000-м проиграл бы следующие президентские выборы, и ему ничего не оставалось бы, как в порядке этой же мистической сменяемости уйти на покой.
Непонятно одно. Какие демократические силы победили бы его в 2000-м? В 1996-м, несмотря на беззлобие тогдашнего режима, таких сил, имеющих собственный проект будущего, независимых от системы и достаточно мощных, чтобы поднять народ, в РФ не было и в помине. Откуда бы они взялись под пятой реакционного и воинственного протопутинского режима, который хотел соорудить Зюганов?
Неудачливая камарилья
У нас два итога.
Первый: выборы-1996 были не про народовластие. Их участники и их избиратели жили в других координатах и боролись за другое.
И второй: из сегодняшнего дня мы видим, что победа Ельцина стала меньшим злом, поскольку дорога к путинщине от нее оказалась длиннее, чем была бы от победы Зюганова.
Труднее ответить еще на один вопрос: является ли путинщина неизбежным следствием эволюции ельцинского режима, или после 1996-го были возможны и менее разрушительные варианты?
Предполагаю, что еще пару лет после тех выборов такие варианты были не совсем исключены. Тот черновой набросок автократии, который существовал в 1996-м, не обязательно должен был стать паранояльным самовластием охранительных ведомств.
Как раз в 1996-м, между первым и вторым туром, гражданская группировка чиновников и магнатов, возглавляемая Чубайсом, взяла верх над охранительным кланом Коржакова-Барсукова-Сосковца. Попытка охранителей в самый накал выборов расправиться с конкурентами («Дело о коробке из-под ксерокса») закончилась тем, что Ельцин их уволил.
Но победившая было верхушечная гражданская коалиция не справилась с управлением, раскололась на грызущиеся клики, опозорила режим и летом 1998-го довела дело до дефолта.
После этого эксперименты с умеренной автократией, которая бы правила через гражданскую камарилью, были прекращены. Переход к режиму чекистской вертикали стал неизбежным и прошел без сучка и задорины под аплодисменты верхов и низов.
***
Но и после этого эволюция путинского режима не была одномоментной. Только в 2012-м, вернув себе неограниченную власть, Путин стал полноценным носителем зюгановщины-1996 со всей ее идейной оснасткой. У Ельцина, начиная с 1993-го, было много антизаслуг.
Но я благодарен ему за эту отсрочку.
