Все без исключения деятели высшего эшелона власти Ирана попали наверх лишь в силу фанатичной приверженности главной цели существования Исламской Республики — эту цель сформулировал и завещал основатель Хомейни, а именно: «исламской революции». «Революция» сводится к распространению шиитского ислама и к уничтожению Израиля, в идеале — уничтожению присутствия в регионе его покровителя, США. Средства достижения цели: баллистические ракеты с ядерными боеголовками и региональные марионетки вроде «Хезболлы», «Хамаса», иракских шиитов или, на худой конец, йеменских хуситов.
«Военный переворот», который (в нарушение хомейнистской конституции) фактически отстранил от руководства Ираном клан богословов, вывел во власть генералов Корпуса стражей исламской революции, но оставил ту же, прежнюю цель существования этого режима.
Провалы марионеток в Ливане и Газе, падение дружественного Тегерану режима аль-Асада в Сирии, разгром военного и военно-промышленного потенциала Ирана в ходже военных действий израильтян и американцев лишь отодвинули на более дальний срок достижение главной цели. Задача режима сейчас — во что бы то ни стало сохранить контроль хомейнистов над всеми институтами государственной власти, не допустить изменения политического строя. Генералам КСИР нужна передышка, чтобы занять «эшелонированную оборону» и приступить к постепенному восстановлению материальной базы для продолжения экспансионистской «исламской революции».
Ради этого режим прибегает к простому, но эффективному приему: имитации готовности к компромиссам. И прием этот как нельзя лучше соответствует идеологии нынешнего американского президента: Дональд Трамп зациклен на сделках.
В качестве приманки генералы КСИР делегировали Трампу нескольких «козлов отпущения»: председателя меджлиса Мохаммада Багера Галибафа, министра иностранных дел Аббаса Аракчи и «технического» президента Масуда Пезешкиана. Им поручено поддерживать у американцев впечатление, будто руководство Ирана якобы готово вести торг и в какой-то перспективе даже заключить сделку, приняв часть условий Трампа.
Чтобы продемонстрировать американцем мнимый отход переговорщиков от генеральной линии исламского режима, в Иране организуют бурные митинги и шествия, участники которых требуют смерти «тех, кто соглашается на компромиссы», а конкретно — Галибафа и Аракчи.
На самом деле эта группа полностью разделяет взгляды находящихся у власти хомейнистов и преследует цель сохранить режим и агрессивные принципы Исламской республики. Все требования Трампа они отвергают с ходу — и публично. Но сам факт их готовности идти на какие-то контакты с американцами, пусть и через посредников в Пакистане, Омане, Катаре и Египте, позволяет Белому дому и декларировать успех стратегии сделок, и говорить о наличии в Тегеране «здравомыслящих» деятелей.
Приманка работает.
Притворная готовность к переговорам иранской делегации нисколько не мешает генералам КСИР манипулировать статусом Ормузского пролива, исподтишка продолжать развитие программы баллистических ракет и пытаться — пока без особого успеха — натравливать на Израиль «Хезболлу» в Ливане. Параллельно Тегеран заигрывает с соседями по региону — такими, как Пакистан и арабские государства Персидского залива, — стараясь ослабить их связи с США и не допустить сотрудничества с Израилем.
Имитация переговорного процесса идет одновременно со значительными изменениями ситуации в зоне Персидского залива. Иранская блокада Ормузда оказалась (под давлением американского военного присутствия) частичной, и приток нефти из залива на мировой рынок продолжается. Да и рынок этот демонстрирует чудеса приспособляемости к перебоям в снабжении: катастрофического дефицита нефти и сжиженного природного газа не возникло, цены не проявляют панического роста.
Контроль над Ормуздом, на котором настаивают иранцы, не стал инструментом воздействия на Трампа, поскольку цены на американских АЗС перестали расти вместе с мировыми нефтяными ценами.
Какое-то время президент США, как представляется, сможет притворяться вместе с иранскими «здравомыслящими» представителями, что переговорный процесс способен завершиться какой-нибудь сделкой.
Но понимание того, что иранские переговорщики — подстава, не отражающая политику тегеранского режима, должно рано или поздно привести к новой полномасштабной войне против Ирана.
