Инструменты, которыми власти ограничивают доступ к информации, применялись и прежде, но с переменным успехом – а теперь они не дают осечек. Мало того, российские власти дают волю креативу и придумывают все новые методы репрессий.
Больше уголовников, меньше трудозатрат
В 2025 году, по данным доклада Центра защиты прав СМИ, против российских журналистов возбудили не менее 81 уголовного дела. Цифра впечатляет. И она почти в два раза больше, чем годом ранее, тогда правозащитники зафиксировали 45 новых уголовных дел.
Второй год подряд среди статей, по которым преследуют журналистов, лидирует статья об уклонении от обязанностей иностранного агента (330.1 УК РФ). Лидирует – вопреки словам Путина, что в России нет репрессий и уголовного преследования иноагентов. Но почему-то дела возбуждаются, и журналистов судят, по сути, просто за само их профессиональное существование и профессиональное же несогласие с тем, что говорят и делают власти.
В 2025 году по статье 330.1 УК РФ возбудили минимум 28 дел в отношении работников медиа и блогеров, которые пишут на общественно значимые темы.
Популярность статьи понятна: привлечь по ней человека крайне просто. Достаточно одним прекрасным пятничным вечером внести журналиста в реестр иностранных агентов, запретив тем самым ему все, что можно и обязав ставить унизительную пометку на своих статьях и отчитываться за каждый рубль властям. Дождаться, пока он плюнет на все эти абсолютно дискриминационные ограничения и требования. Оштрафовать пару раз за отсутствие пометки на материалах или неподачу отчета в Минюст.
Дальше дело за малым — следователям даже не нужно особо доказывать вину, потому что действует преюдиция решений по административным делам. То есть так называемым правоохранителям, чтобы оформить дело, достаточно приложить к нему решения суда по 19.34 КоАП РФ. Дальше все сделает судья.
Но ладно: репрессии живут не 330.1 единой. Другие статьи тоже фигурируют в делах журналистов.
Например, знаменитая 207.3 УК РФ, по которой судят за фейки об армии (12 новых дел в 2025 году), или 205.2 УК РФ — оправдание терроризма (не менее восьми дел).
Здесь, конечно, иногда следователям приходится потрудиться. Но нечасто. Скажем, по делам о военных фейках они хоть и делают экспертизу, но не доказывают ложность факта: в суде гособвинению достаточно сказать, что Минобороны не подтверждает ту или иную информацию. Раз не подтверждает, значит, фейк. И обвинительный приговор.
Новшество 2025 года — семь дел против журналистов и руководителей медиа по статье об организации или участии в деятельности нежелательной организации (284.1 УК РФ). Возможно, следователям захотелось разнообразия: не все ж по иноагентской преследовать. Возможно, появился запрос на уголовные дела по более строгой статье. В любом случае, количество сильно увеличилось: в 2024 году по этой статье было возбуждено только одно дело в отношении журналиста.
Вместе с появление новых дел активно завершались и старые. В 2025 году российские суды вынесли не менее 41 приговора в отношении журналистов. 12 журналистов оказались в заключении. Например, это Сергей Карелин, Константин Габов, Антонина Фаворская и Артем Кригер, которых признали виновными в сотрудничестве с ФБК (статья 282.1 УК РФ) и приговорили к 5,5 годам колонии каждого. На 12 лет лишения свободы по этой же статье была осуждена журналистка Ольга Комлева (ей также вменили 207.3 УК РФ).
А вот для тех, кому срок дали заочно, депутаты Госдумы придумали новый реестр. В него предложили включать людей, которые уклоняются от исполнения решения судов по уголовным делам и некоторым административным (например, дискредитации армии) за рубежом. Депутаты предлагают приостанавливать действие их водительских удостоверений и регистрации права на недвижимость, замораживать их счета, отказывать в предоставлении консульских услуг за границей и государственных услуг онлайн (через «Госуслуги»).
Законопроект прошел первое чтение в декабре 2025 года. И, по всей видимости, совсем скоро будет принят.
Закладывая фундамент
На конец 2025 года в России было 888 действующих иностранных агентов. 40% физлиц-иноагентов — журналисты или блогеры, посчитали специалисты Центра защиты прав СМИ. За год реестр пополнился на 219 пунктов. В нем появился еще 61 журналист, 17 медиа и 19 блогеров.
Еще 82 человека были признаны «участниками» СМИ, внесенных в реестр «по бренду», то есть как незарегистрированные общественные объединения. В частности, Минюст признал 26 человек участниками издания «DOXA» и 23 человека — издания «Черта».
Выросло и количество штрафов, которые назначались за нарушения порядка деятельности иноагентов по статье 19.34 КоАП РФ: 942 против 719 в 2024 году. 37% административных дел возбуждено против журналистов, блогеров и медиа.
Что касается признания нежелательными организациями, тут ситуация для СМИ чуть лучше: только три медиа внесли в реестр в 2025 году (в 2024 году — минимум семь). Но это не значит, что перечень забросили: за год список пополнился на 101 пункт, и это рекордный показатель за все время его существования.
Количество административных дел растет и тут: всего Центр защиты прав СМИ зафиксировал 195 штрафов за участие в деятельности нежелательной организации (статья 20.33 КоАП РФ). В 23 случаях поводом для составления протокола и штрафа стала работа в качестве журналиста на медиа, внесенное в перечень.
Все эти административки — не только попытки прямым текстом сказать «мы про вас помним», но и основание для возбуждения уголовных дел. Чтобы получить срок по статье УК РФ об участии в деятельности нежелательного СМИ, рядовому журналисту требуется одна административка. По 330.1 ситуация теперь такая же. В 2025 году статья была ужесточена: если раньше возбудить дело было можно после двух штрафов по статье 19.34 КоАП РФ в течение года, то теперь достаточно и одного.
Отключить интернет и запретить поиск
Хорошая новость: все это не работает так, как надеются российские власти. Независимые медиа продолжают существовать, журналисты — распространять информацию, а их аудитория — читать тексты и смотреть эфиры.
Плохая новость: это сильно не устраивает тех, кому надо отчитываться об идеальных показателях. Стандартные блокировки теперь дают меньший эффект: ограничением доступа к Instagram и замедлением YouTube власти добились того, что VPN не установили только те, кто в танках (конечно, в переносном смысле). Поэтому нужны новые идеи.
В 2025 году Роскомнадзор опробовал новый вид ограничения доступа — разделегирование доменов в зоне .ru. Пока известно о единичных случаях, но есть все основания полагать, что это только начало. Однако это работает с ограниченным количеством сайтов, большинство заблокированных ресурсов давно перешли в другие доменные зоны.
Поэтому вторая идея — блокировка информации о VPN.
И третья (самая радикальная) — отключение мобильного интернета в регионах (под предлогом борьбы с атаками БПЛА) и создание «белых списков» сайтов и приложений, читать и пользоваться которыми народу разрешается.
Кроме того, в 2025 году Госдума приняла законопроект, запрещающий рекламу на заблокированных в России ресурсах. Под ограничения попали все: начиная от Instagram и Facebook и заканчивая сайтами независимых медиа, доступ к которым ограничен по различным основаниям.
Ну и «вишенка на торте» — введение ответственности за потребление информации. В 2025 году в российском законодательстве впервые появилась норма о штрафах не за распространение контента, а за его поиск — пока это касается только экстремистских материалов, которые внесены в соответствующий реестр. Дискуссия вокруг этого нововведения развернулась широкая, а против была даже глава Лиги безопасного интернета Екатерина Мизулина (потому что закон помешает писать доносы).
Но закон принят, и его даже уже начали применять.
