Иранский беспилотник атаковал АЭС «Барака» в ОАЭ, загорелся генератор. Появилось много сообщений, что уровень радиации в норме и все работает, но вообще-то это не совсем так. Третий реактор АЭС работает на резервных дизель-генераторах, которые существуют именно для аварийных ситуаций, а совсем не для нормальной работы.
Ранее сообщалось о взрыве (или взрывах) возле АЭС «Бушер2 в Иране, где работает реактор, построенный «Росатомом», и еще один находится в стадии строительства. Оттуда «Росатом» не так давно эвакуировал своих строителей, а позавчера заявил, что строительные работы возобновились. Решите сами, как назвать такое отношение «Росатома» с своим работникам: война в Иране пока не прекратилась. Я просто не стану ругаться здесь матом.
Табу нарушено
Кровавая и бессмысленная война в Украине, которую начал четыре года назад Путин, коренным образом изменила отношения к военным атакам на гражданские атомные объекты. Если раньше более или менее все исходили из установки, что никому в голову не придет, даже во время войны, атаковать работающие гражданские АЭС или связанную с ними инфраструктуру — теперь этого табу больше не существует. Строительные площадки АЭС, где нет ядерных материалов, не может быть аварии — да, случалось, разрушала война — но не работающие гражданские атомные объекты.
Российские войска сначала захватили радиоактивно загрязненную зону отчуждения вокруг Чернобыльской АЭС (никакого военного значения объекты там иметь просто не могут) и начали рыть там траншеи, чтобы солдаты как следует надышались радиоактивной пылью. Затем захватили крупнейшую в Европе Запорожскую АЭС вместе с ее персоналом. Эта станция остается оккупированной и, по сути, превратилась в зону боевых действий, где размещены войска с оружием и техникой. В попытке заморозить до смерти украинцев прошлой зимой российские войска били по подстанциям, которые снабжают Хмельницкую и Ровненскую АЭС. Это не только попытка оставить без электроэнергии, но и создание критической ситуации для самих реакторов.
Не существует способов обезопасить атомные станции от обстрелов и военных действий: никому и никогда даже в голову не пришло бы проектировать хоть какие-то системы защиты против обстрелов и других проявлений войны. Гражданские АЭС — не военные объекты, и атака на них — стопроцентное табу. Было. Пока Путин не пришел покорять ракетами и танками Украину.
К собственному крайнему сожалению, вынужден сказать, что последствия отмены табу на атаки гражданских атомных объектов, скорее всего, будут преследовать нас очень долго. И они будут становиться все более заметны. Атаки в Иране и ОАЭ — первые ласточки, а за ними прилетят кондоры. За всем этим внимательно наблюдают не только воинственные государства, но и террористические группировки. Что дальше? Размещение войск на каждой АЭС? Противоракетная защита, как часть проекта любой новой атомной станции? Это и так один из самых дорогих источников энергии в мире, представьте, насколько атомная энергия после этого подорожает!
Крайне удачно все совпало для Германии, которая очень вовремя освободилась от атомных станций и активно переходит на возобновляемые источники энергии (ВИЭ), от которых страна получает сейчас около половины энергии. И далеко не только Германия сейчас следует этим курсом. Бомбить станции на возобновляемой энергии — бессмысленно, любая ракета стоит на много порядков дороже, чем десяток-другой солнечных панелей или большая ветровая установка. АЭС — атрибут централизованной энергосистемы, вывод ее из строя лишает энергии огромное количество людей и промышленность. ВИЭ децентрализованы, их много, они мелкие. Не говоря уже о том крайне сегодня актуальном факте, что если энергосистема на возобновляемой энергии — дефицит нефти ей не угрожает.
Из-за действий российской армии за прошедшие четыре года мы неоднократно были на грани крупной аварии на АЭС. Благодарить за то, что ее не произошло, мы должны специалистов и рабочих украинской энергетической отрасли. Но не менее важно понимать вот что: атаки российской армии на атомные станции и связанную с ними инфраструктуру не могли бы произойти без знаний и умений специалистов «Росатома». Потому что кто-то должен объяснить армии, как и куда стрелять. Стратегия атак на гражданские атомные объекты — дело рук именно российских атомщиков.
Атомщиков из того самого «Росатома», который «корпорация знаний» и спонсор передачи «Что, где, когда». И часть российской военной машины, которая координирует огонь, а также обеспечивает военно-промышленный комплекс высокотехнологичными компонентами для производства ракет, танков и других инструментов массового уничтожения людей. Как там у вас в целом, сотрудники «Росатома», пока все нравится, зарплаты не упали, соцпакет не урезали?
Удивительно, но факт: против «Росатома» до сих пор не ввели международные санкции.
Если считать только гражданские АЭС, построенные для выработки электроэнергии, в мире сейчас более 400 атомных реакторов. На какой АЭС состоится новая атака? Кто ударит следующим — очередной диктатор или негосударственная группировка? Будет ли это армия, запускающая ракеты, или рой «ничьих» беспилотников? Какая по счету атака приведет к большой аварии?
Эти вопросы переместились из лютой теории в практическую плоскость буквально за четыре года. Их страшно хочется не замечать, потому что ужас же.
Правда в том, что нет эффективного способа решить проблему военных атак на АЭС. Возможно, удастся снизить риск если принять за норму противоракетную оборону, по сути размещение армии, на каждом атомном объекте. Но этих объектов слишком много, их число не ограничивается гражданским АЭС — есть еще хранилища радиоактивных отходов, исследовательские центры и др. Это ведет к значительным экономическим издержкам, которые можно будет оправдать, пожалуй, только если объявить все объекты военными — тогда деньги не считают.
Уровень мировой нестабильности, который мы наблюдаем вследствие российской войны в Украине, заставит решать все эти вопросы любую страну, использующую атомную энергию.
И опыт Германии может многим пригодиться.
