В ночь на среду измученные украинские солдаты вновь пытались остановить зверские атаки Путина на свою страну.
Был час ночи по киевскому времени. Украинцы поднимали в воздух скоростные дроны-перехватчики, чтобы сбивать иранско-русские «Шахеды». Иногда им это удавалось, но иногда российские беспилотники прорывались — разнося в клочья жилые дома, убивая и калеча ни в чем не повинных мирных жителей.
И тут произошло нечто необъяснимое. Украинская оборона перестала работать. Перехватчики по-прежнему можно было поднять в небо, но стоило операторам попытаться разогнать их, чтобы настичь цель, как связь пропадала.
Словно кто-то покопался в программном обеспечении и сделал так, чтобы они больше не могли развивать скорость свыше 100 миль в час.
И российские орудия убийства беспрепятственно плыли по ночному небу — сотнями. Они продолжали громить украинские электростанции, обрекая людей на холод и темноту и превращая в издевательство саму мысль о том, будто Путин готов прекратить удары по энергетической инфраструктуре.
Пока продолжались убийства и разрушения, охваченные паникой украинские военные пытались понять, что происходит. Может быть, российские программисты научились взламывать их системы обороны? Может быть, в их рядах завелся предатель?
Лишь вчера правда окончательно подтвердилась.
Украинцев действительно предали.
Именно Белый дом распорядился изменить технические параметры работы Starshield — военной версии Starlink Илона Маска, — так, что дроны-перехватчики внезапно оказались бесполезными.
Американцы даже не предупредили об этом.
Реакцией значительной части остального мира стали недоумение и отвращение.
У нас кружится голова, словно мы вдруг обнаружили, что капитан команды свободного мира тайком играет за противника.
Кто-то, действуя от имени президента Соединенных Штатов, сознательно решил вывести из строя оборону свободного, демократического и ни в чем не повинного народа, который уже четыре с половиной года сражается не только за собственную жизнь, но и за принципы свободы и демократии во всем мире.
Зачем они это сделали?
По сей день Белый дом не представил ни объяснения, ни оправдания.
Пока мы ждем разъяснений от того, кто сменит госпожу Кэти Захарию — обучавшегося в Китае «юриста», которую внезапно «перевели» с должности нового пресс-секретаря, — нам остается лишь строить догадки. Но последовательность событий совершенно очевидна.
Не посоветовавшись ни с кем из союзников, кроме Израиля, США решили напасть на Иран. Ни цель нападения, ни стратегия атакующих действий не поддавались сколько-нибудь внятному объяснению.
Иранцы ответили перекрытием Ормузского пролива. Цены на нефть взлетели, а это подрывает шансы президента Трампа сохранить контроль над Конгрессом на промежуточных выборах в ноябре.
Долгое время президент метался из стороны в сторону, обещая одну призрачную сделку с Тегераном за другой, и постепенно впадал во все большее отчаяние.
И вот он придумал гениальный отвлекающий маневр: найти нового виновника скачка цен на дизельное топливо.
Он обвиняет украинцев — за то, что те атакуют путинские нефтеперерабатывающие заводы.
Это же совершеннейший абсурд.
Да, украинские удары по российским НПЗ оказались чрезвычайно успешными и совершенно справедливо затруднили Путину поставки дизельного топлива на рынок.
Но достаточно взглянуть на хронологию последних месяцев, чтобы понять: мировые цены на нефть взвинтили не украинские атаки на Россию, а нападение Трампа на Иран.
Не Зеленский своей опрометчивой и непродуманной военной авантюрой добился закрытия Ормузского пролива.
Напротив, Зеленский проводил политику удушения российского нефтяного экспорта, которую на протяжении последних четырех лет прямо поддерживали все западные страны, включая США.
Президент только что подписал законопроект, подготовленный покойным сенатором Линдси Грэмом, чье отсутствие ощущается с каждым днем все острее. Этот закон — настоящая санкционная базука, предоставляющая президенту поразительно широкие полномочия для введения санкций против любой страны, покупающей российские углеводороды.
Если бы Трамп действительно воспользовался этим законом по назначению и перекрыл главный источник путинских доходов, он мог бы быстро усадить российского тирана за стол переговоров и положить конец войне.
Беда в том, что тогда ему пришлось бы направить базуку против самого себя.
Ведь он только что заключил с Путиным тошнотворную сделку о покупке сотен тысяч тонн российского дизельного топлива, превратив тем самым всю западную политику в полный фарс.
Итак, сегодня американское правительство не просто готово саботировать украинскую оборону. Оно фактически собирается финансировать российские бомбы.
И циничная сделка Трампа с Путиным почти никак — если вообще хоть как-нибудь — не повлияет на цены, которые американцы платят на заправках.
Неудивительно, что миллионы людей вновь задаются вопросом: почему этот американский президент проявляет столь поразительную слабость перед Путиным?
Почему он заискивает перед этим злобным клептократом, похожим на Голлума?
Может быть, у Путина все-таки лежит в нижнем ящике стола какой-нибудь компромат?
Или Уиткофф с Кушнером уже договорились, что после ухода Трампа с президентского поста его семейство получит монополию на казино в каком-нибудь новом Трампском-Новгороде на берегу Черного моря?
Понятия не имею.
Но именно в такие моменты, когда все кажется безумным, мрачным и перевернутым с ног на голову, нам особенно необходимо сохранять холодную голову.
Потому что, поверьте мне, все может стать еще хуже.
Каждый час, каждый день украинцы зависят от Starlink, от другой американской помощи и разведывательной информации. Эти поставки и этот обмен данными должны продолжаться.
Британия должна возглавить согласованные усилия союзников по восстановлению отношений между Вашингтоном и Киевом, по примирению Трампа и Зеленского.
Но, возможно, еще важнее, чтобы мы, европейцы, наконец перестали обманывать самих себя относительно главных препятствий на пути к окончанию войны.
Мы сделали недостаточно, чтобы надавить на Путина.
Мы так и не разморозили его активы для Украины.
Европейцы по-прежнему покупают огромные объемы российского газа — и здесь Трамп совершенно прав.
И самое главное: ни по одну, ни по другую сторону Атлантики — ни в Вашингтоне, ни в Лондоне, ни в Париже, ни в Берлине — никто так и не сформулировал с необходимой ясностью, на каких условиях Украина должна завершить эту войну.
Украинцы сражались героически. И они побеждают.
Потери Путина кажутся невыносимыми — 50 тысяч только за прошлый месяц. Он не успевает набирать пополнение взамен выбывших.
Но он не оставит надежды подчинить себе Украину, пока объединенный Запад не даст ему совершенно недвусмысленно понять, что никогда не допустит осуществления этой российской цели: что Украина должна быть свободной — и будет свободной.
Что украинская свобода будет гарантирована западной архитектурой безопасности.
А это означает НАТО.
Путин не слышал такого заявления уже много лет. Даже от нашей страны.
Почему?
Чего мы боимся?
Мы должны предоставить украинцам доступ к путинским деньгам и все технологии, необходимые, чтобы отбить его нападение.
Но самое главное, что мы можем им дать, — и именно это действительно принесет мир, — это ясность относительно их будущего.
Та самая ясность, в которой Украине трагическим образом отказывают с момента ее рождения в 1991 году.
Я прекрасно понимаю истерику и отвращение, вызванные сделкой Трампа с Путиным.
Но отвращение — это не план.
У Путина есть план в отношении Украины. Чудовищный, геноцидальный план.
А какой план у Запада?
