Самые сдержанные СМИ пишут о предвыборной тактике Вучича по «продаже» себя ЕС, что недалеко от обвинений российских провластных блоггеров. Между тем, винить нужно прежде всего сами российские власти. И компанию «Газпром» вместе с ее «дочкой» «Газпром нефтью».
По всему Белграду — украинские флаги. Огромное изображение украинского флага транслируется и на самую высокую башню сербской столицы в элитном комплексе «Белград на воде». Два дня длился визит Владимира Зеленского в Сербию — первого визита, — но круги от него еще только начали расходится.
Скупые слова, многозначительные последствия
Результат официальных переговоров Зеленского и сербского президента Александра Вучича в принципе невелик. Подписали меморандум о сотрудничестве в области здоровья животных и безопасности пищевых продуктов — это должно облегчить торговлю аграрной продукцией, которая в обеих странах занимает немалую долю в экономике.
Официально объявили о начале работы над соглашением о свободной торговле — это уже серьезнее.
Вучич заявил, что Сербия берет на себя обязательство восстановить один из украинских городов — но после окончания войны. А пока — будет продолжать посылать гуманитарную помощь, от лекарств до электротехнической продукции.
Интригующе прозвучало заявление Вучича, что в Сербии начнется производство дронов.
Уже после окончания визита Зеленского Вучич уточнил — производство будет совместно с Израилем, не с Украиной. Но как-то всем показалось, что украинские технологии тут покруче израильских. Да и куда отправятся эти дроны, Вучич не уточнил, — а многие в Сербии помнят скандал, поднятый российской стороной, что сербское оружие оказывалось в Украине.
В остальном стороны повторили свои прежние заявления: Вучич — что Сербия осудила вторжение России в Украину и не признает аннексию Крыма, а к санкциям на Россию не присоединяется, потому что на себе испытала санкции во время югославского конфликта. Зеленский напомнил, что Украина никогда не признавала Косово и выразил понимание сербской позиции и благодарность за поддержку.
Тем не менее, этот визит меняет все — и именно так его восприняли в России, хотя реакции официальных властей на момент написания этой колонки нет (но, думается, будет). А пока российское телевидение и подконтрольная пресса рассказываю о протестах «простых сербов» — не сосредотачиваясь на том, что дело ограничилось одним баннером на рядовом футбольном матче в провинциальном городе и митингом в Белграде, оцениваемом даже пророссийскими СМИ в 50 человек.
Ребята, да даже наши антивоенные протесты в 2022 году были многочисленнее — не говоря уж пророссийских шествиях тогда же, о чем речь ниже.
А в целом, реакция сербской общественности, за исключением рьяных русофилов (один из них, Александр Вулин, о котором тоже ниже, сейчас большую часть времени проводит в Москве), была на редкость спокойной, чтобы не сказать равнодушной. Даже оппозиция высказалась в том духе, что Вучич хочет выглядеть европейцем в преддверии выборов, но мы-то знаем, что он автократ, а настоящие европейцы — это мы. Впрочем, что визит был предвыборным для Вучича, пишут и немногие более или менее корректно работающие российские СМИ. Возможно.
Но остается вопрос: а что этот визит значит для Зеленского?
Думается, не меньше, чем для Вучича. И тут немногословность официальных сообщений дает, скорее, пищу для догадок, чем убеждает в том, что все ограничилось вопросами торговли агропродукцией.
Даже если оставить в стороне версии о производстве дронов — Сербия все эти годы служила одним из пунктов по обходу санкций. В европейских и американских санкционных списках присутствует немало сербских компаний — один из владельцев таких компаний умудрился попасть в эти списки даже дважды. В последних списках таких компаний я не обнаружила. Похоже, санкции Сербия негласно начала соблюдать — во-всяком случае, перестала помогать России их обходить.
Кстати, среди владельцев компаний, попавших под санкции, встречались и русские фамилии. А еще в прошлом году разразился скандал, когда выяснилось, что в то время как антивоенно настроенные русские лишались ВНЖ и годами ждали получения гражданства, Сербия стремительно выдала «за особые заслуги» гражданство двум сотням весьма сомнительных россиян: от друга Патрушева до миллиардера. После скандала часть сидевших без паспортов россиян гражданство получила.
Так или иначе, похоже, Зеленскому было что обсудить с Вучичем насчет окопавшихся в Сербии российских «агентов влияния» и помощи в обходе санкций. Это если даже не говорить о сербских вооружениях и дронах.
Есть и еще одна тема, о которой могли бы говорить Зеленский и Вучич, — и она прямо касается того, почему Сербия, вечно считавшаяся (и сама подчеркивающая) чуть ли не побратимом России, вдруг охладела к «русским братушкам».
Россия и Сербия — братья навек
Утро 24 февраля 2022 года выдалось для меня ужасным. Мало того что нечаянно проснувшись в 4 утра, я увидела выступление Путина и понятно как провела остаток ночи. Немного позже я увидела и реакцию своих знакомых сербов.
«Что сейчас творится в Украине?» — спросил меня юноша в прачечной. «Киев бомбят», — ответила я, чуть не плача. «Это же НАТО бомбит, да?» — уточнил, распахнув глаза от ужаса юноша. Моему сообщению, что бомбит Россия, он просто не поверил: «Это все врут западные медиа».
«Наконец Россия освободит Украину от нацистов!» — заявил мне милейший приятель-пенсионер. На все мои возражения он отвечал, что я не понимаю, как коварны НАТО, Ротшильды и почему-то Ватикан и как сейчас «наши русские братья» изгонят нацистскую заразу из святых земель Киевской Руси. «А потом и с Косово нам помогут», — убежденно заключил он. Надписи «Крым — это Россия, Косово — это Сербия» я видела на стенах с 2014 года, хотя Сербия и не признала аннексию.
4 марта в Белграде прошло факельное шествие в поддержку российской агрессии: с российскими флагами, буквой Z и портретами Путина. Антивоенно настроенная часть русской диаспоры написала открытое письмо и попыталась устраивать митинги протеста — подписантам и участникам митингов стали чинить препятствия: отказывать в ВНЖ, задерживать получение гражданства. Был случай с одним из организаторов протеста Петром Никитиным — его, имеющего ПМЖ, пытались не пустить в страну. Другой, Владимир Волохонский, вынужден был уехать после аннулирования его ВНЖ. Покинули страну еще несколько семей. Тогдашний глава BIA, сербской службы безопасности, Александр Вулин прямо заявлял, что преследования ведутся по составленному им лично списку.
Настроения изменились после Бучи: в сербской прессе появились свидетельства зверств, и хотя поддержка России не прекратилась, понадобились оправдания. Одни убеждали, что это фейк, другие — что убитые были членами нацистской террористической группы.
Бомбежки Киева и других городов еще больше изменили настроения: страна, до сих пор не забывшая бомбежек Белграда и других городов силами коалиции НАТО в 1990-х, оправдать бомбежки не могла по определению. Факельные шествия после 15 апреля прекратились, но любовь к России все равно не исчезла. Пророссийски настроенные сербы (а таких и правда было большинство) колебались между «оба виноваты» и «не надо было злить русского медведя своим нацизмом». И все же отворачиваться от России никто не спешил — ни рядовые сербы, ни власти.
Но российская сторона совершила невозможное.
Санкции и рикошет
В январе 2025 года США ввели санкции против двух российских нефтяных компаний: «Газпром нефть» и «Сургутнефтегаз». Обычное к тому моменту дело, но санкции были введены и против подконтрольных компаний, среди которых была и сербская НИС — «Нефтяная индустрия Сербии».
НИС по российским меркам невелика, но в Сербии это монополист в нефтепереработке. НПЗ компании в городе Панчево снабжает горючим не только все сербские заправки — ее АЗС есть в Черногории, Боснии и Герцеговине, Болгарии и Румынии. Помимо того что это один из самых крупных налогоплательщиков страны, это, без скидок, стратегически важное предприятие. А у самих сербов воспоминания о дефиците горючего во время югославских конфликтов вызывает куда больше эмоций и страхов, чем нынешний дефицит горючего в России: тогда бензин продавали по обочинам дорог в пластиковых бутылках из-под «Кока-Колы»: 2 дойчмарки за двухлитровую бутыль.
Президента Сербии Александра Вучича предупредили заранее: он еще с декабря 2024 года говорил о возможных санкциях и предлагал российской стороне решить вопрос. Вообще-то вопрос можно было решить довольно просто: в договоре о продаже контрольного пакета акций «Газпром нефти», подписанном в 2009 году, прямо указано, что у Сербии есть первоочередное право выкупа в случае, если компания вздумает свой пакет продать.
Сербия и предложила. По слухам, 700 млн евро. Расчет был простой: сама «Газпром нефть» купила НИС за 400 млн евро. Плюс реконструкция НПЗ, развитие сети, модернизация. Россия, опять же по слухам, хотела 3 млрд евро. Сербы повысили цену предложения до 1,4 млрд, клянясь, что больше нет.
Тут сложно сказать, чья цена ближе к реальности. С одной стороны, балансовая стоимость НИС на 31 декабря 2024 года составляла 3,2 млрд евро. С другой стороны, после введения санкций рыночная стоимость рухнула и составляла 1 млрд евро. Почти год шел торг, а Вучич выступал с паническими заявлениями, но в конце концов было заключено предварительное соглашение с венгерской компанией MOL. По словам Вучича, венграм пакет «Газпром нефти» (к тому моменту он уже был частично переоформлен на «Газпром», а затем на аффилированную с ним мутную контору в Питере) достался за 900 млн евро — сильно дешевле, чем готова была заплатить Сербия.
А после этого — тишина, прерываемая лишь очередным сообщением о продлении США даты введения санкций против НИС да заявлениями сербских чиновников, что «интересы Сербии будут соблюдены». Уже и в Венгрии оппозиция скинула давнего друга России Виктора Орбана, уже и Вучич неоднократно повторил, что дефицита бензина он не допустит — а завершения сделки все нет и нет. И, как неофициально говорят близкие к переговорам люди — тянет время именно российская сторона.
Перекрыть потоки
Эта некрасивая эпопея способствовала охлаждению сербов к «братьям-русам» едва ли не больше, чем бомбардировки Украины. Простой серб, как и обыватели всего мира, не сильно интересуется внешней политикой, не читает заумных рассуждений экспертов и по телевизору внимательно смотрит только спортивные передачи. Но потом он выходит из дома, едет на заправку — и видит, что топливо опять подорожало. Кто виноват? Он ничего не знает про сложные переговоры Трампа с Ираном — зато он знает, что топливо начало дорожать не тогда, когда Иран перекрыл Ормузский пролив, а тогда, когда «Газпром» не захотел отдавать наш НИС» — и точка.
А кстати, почему, собственно, Россия так противится продаже компании? Доля НИС в активах «Газпром нефти» всегда была невелика — как и доля экспортируемой на НПЗ в Панчево нефти. Газа Сербия экспортирует побольше, но существенным этот объем тоже никогда не был. Попытка сохранить влияние в стране? Но разве это можно сделать насильно?
Вполне, если речь идет о том, что через НИС в Сербию идут финансовые потоки для оплаты российских «агентов влияния» — возможно, и просто агентов. И не только в Сербии — по мнению сербских экспертов, через НИС Россия влияет на весь балканский регион. И хотя пророссийским активистам деньги поступают и через другие российские источники (например, фонд Константина Малофеева), НИС — самая удобная и абсолютно не отслеживаемая финансовая дорожка. Недаром после введения санкций посольство США в Сербии заявило, что «российские владельцы НИС используют свою часть прибыли для финансирования жестокой агрессии против Украины и угрозы стабильности на Балканах и во всей Европе, а не для инвестиций в будущее Сербии».
Так что не исключено, что эта тема тоже фигурировала в неофициальных беседах двух президентов. В конце концов, США могут ведь и перестать откладывать санкции на НИС. Особенно, если их об этом попросят. И тогда Вучичу ничего не останется, как национализировать пакет «Газпром нефти» — такая опция тоже на столе.
Но в целом, конечно, история феерическая. Разозлить страну, которая с царских времен была русофильской — это надо уметь. Даже после ссоры Йосипа Броз Тито со Сталиным в тогдашней Югославии преследовали сталинистов — но не остатки белой эмиграции и не русских вообще. Но нынешнее российское руководство умудрилось потерять даже историческое наследие — те самые традиционные скрепы. Не исключу, что и реакция на визит Зеленского окажется неуклюжей.
Все бы ничего, только российские эмигранты в Сербии беспокоятся о своей судьбе. Например, после визита Зеленского открывать счета новым эмигрантам перестал даже государственный банк «Поштанска штадионица».
А некоторые, наоборот, надеются, что теперь сербское гражданство антивоенным эмигрантам будут давать быстрее. Посмотрим.
