Сейчас Россия ждет кризиса. Эксперты рассуждают: когда он будет, какой он будет? Население тихо запасается: кто гречкой, кто наличными, кто валютой. Но стоит ли ждать чего-то вместо того, чтобы трезво оценить сегодняшний день?
Начинаем экономить
Привычка жить ожиданиями сыграло с нашим обществом злую шутку: мы стали мало чувствительны к существующим потерям. Там где европеец начинает громко возмущаться, выходить на улицу с протестом и прокатывать на выборах политиков, мы говорим: ну, пока терпимо, лишь бы не было хуже. Не буди лихо, пока тихо, не раскачивайте лодку, не сгоняйте мух — все новое будет хуже.
Даже не замечаем, что все плохое уже здесь, с нами.
С топливом уже вполне себе кризис, возможно, его пик или около того. Когда украинскими дронами выбито от 20% до 40% нефтепереработки, когда ограничения на продажу топлива, в том или ином виде, введены более, чем в 40 регионах — это и есть кризис.
В гражданском секторе экономики кризис давно в разгаре. Можно даже не спорить, насколько достоверны цифры Росстата — когда фондовый рынок падает 18 недель подряд, побив все исторические рекорды, когда даже вполне успешные компании вроде «Полюса» отказываются платить дивиденды аж до 2030 года — это вполне явные признаки кризиса. Кризис — это же не руины вместо цехов.
Можно посмотреть и на рынок облигаций. Когда Минфин в который раз вынужден отменить аукцион по размещению новых выпуском ОФЗ — это же не от хорошей жизни, а потому, что уже имеющиеся на рынке выпуски торгуются с доходность. выше ключевой ставки ЦБ: до 16,5% при ставке 14,25%.
То есть инвесторы уже не верят даже государству, его способности платить долги и требуют оплатить риск процентами сверх ставки. Что касается корпоративных облигаций, то тут вообще полный разгром: облигации девелоперов торгуются с доходностью до 50%. Потому что все понимают, что массовых банкротств нет только потому, что пока государство поддерживает видимость нормальности. Ключевое слово здесь — пока. Кстати, помогает не слишком — число технических дефолтов, когда компании не выплачивают купонный доход вовремя, неуклонно растет.
И когда Reuters пишет о надвигающемся банковском кризисе, то совершенно необязательно располагать данными европейских разведок: о том, что растет число банкротств физических лиц и компаний, а у банков проблемные кредиты составляют 10% в корпоративном секторе и 15% в потребительском и так известно.
Да, это еще не банковский кризис, но что с того? Вот экономист Сергей Алексашенко пишет о данных опроса: более половины населения отмечают ухудшение экономического положения. А вот данные о посещении россиянами магазинов: в продуктовые «магазины у дома» стали ходить на 10% реже, в алкомаркеты и табачные — на 14%. Когда люди начинают экономить на продуктах — это вряд ли можно назвать хорошим состоянием экономики, что бы там не говорил Росстат.
Может, вас смущает низкая безработица и рассказы ЦБ о дефиците на рынке труда? Ну, если скрытая безработица 1,6 млн человек в виде сокращения рабочих дней и принудительной отправки в неоплачиваемый отпуск вас не убеждает, то вот: по данным SuperJob только за первое полугодие число вакансий сократилось почти на 20%, тогда как количество резюме увеличилось на 33%.
А всего за последние два года число вакансий снизилось на 28%, а количество резюме выросло на 50%. Спрос на сотрудников снизился почти во всех ключевых отраслях: в логистике и здравоохранении количество вакансий уменьшилось на 14%, а в банковском секторе — на 22%. Число резюме продолжило расти почти во всех сферах.
Нет, работы полно, конечно. Из серии «канарейку за копейку, чтобы пела и не ела». И еще полы помыла. Но я вас разочарую: такой работы в любой стране полно даже при высокой безработице. Думаете, почему в США во время Великой депрессии ввели обязательные общественные работы для безработных?
Разруха в головах
Но хуже, конечно, будет. Вот инфляция, благодаря топливному кризису, снова подскочила — значит, на июльском заседании ЦБ вряд ли снизит ставку. Собственно, в очередном своем мониторинге регулятор прямо говорит: проинфляционные факторы сейчас перевешивают. Так что скажите спасибо, если ставку не повысят.
Более того — июльское заседание ЦБ будет опорным, когда пересматриваются прогнозы на следующее полугодие. И можно с уверенностью ожидать, что прогнозы будет ухудшен. А значит — и траектория снижения ставки, как бы ни давили на Эльвиру Набиуллину, будет не столь динамичной.
Высокая ставка — невозможность финансирования для многих отраслей. Дорогое обслуживание долга для компаний и государства. Продолжение кризиса в сфере жилищного строительства. Те, кто сейчас держится на плаву из последних сил, вряд ли переживут это время в целости и сохранности. Так что да — будет хуже. Но повод ли это считать, что сейчас — все нормально?
Некритическое отношение к своему нынешнему положению способно сыграть злую шутку. Человек, считающий, что пока у него все хорошо, не склонен к решительным действиям. К корпоративному и государственному управлению это тоже относится.
Посмотрите, как чиновники рулят топливным кризисом: основная надежда на то, что все скоро рассосется. Отсюда — административные барьеры, разделение автомобилистов на «чистых» (чиновники, спецслужбы) и «нечистых», заправка по номерам, ограничение объема заправки… Цены все равно растут, но благодаря подобным мерам — растут неодинаково для всех, искажая экономическую картину.
Да, рост цены топлива в два-три раза — это больно. Европа это прошла в начале войны. Но сумела справиться с кризисом за полтора года, полностью перестроив свой топливный и энергетический рынок — фантастически быстрый результат. Поддержка была — для уязвимых групп населения. В России советские формы управления в виде запретов, дефицита, «блата» и спекуляций, кажется, вшиты на уровне чиновничьих инстинктов — и в результате бардака больше, а цены на свободном рынке растут выше, чем могли бы быть в ином случае. И все больше вероятности, что и в других сферах, когда в них разразится полноценный кризис, «рулить» будут подобным образом — с тем же результатом.
Так что не гадайте, будет ли кризис. Он уже есть: как и разруха, в гениальном монологе профессора Преображенского, кризис уже в головах чиновников.
