В 2025 году только на «Ямал СПГ» приходилось 14,3% от импорта СПГ в ЕС: 15 млн из 105 млн тонн, или примерно 9 млрд из общего объема в 63 млрд кубометров газа в пересчете на трубопроводные поставки. В денежном выражении это около 7,2 млрд евро (8,4 млрд долларов). Контрольный пакет акций «Ямал СПГ» принадлежит компании «Новатэк», которую ряд экспертов и СМИ связывают с «кошельком Путина». Всего в 2025 году «Ямал СПГ» экспортировал 19,7 млн тонн СПГ.
Кто же в Европе больше всех наживается на российском газе во время войны?
В 2025 году 87 судов доставили 6,3 млн тонн СПГ во французские порты Дюнкерк и Монтуар. С долей 41,7 % в импорте с Ямала в ЕС Франция (которая вообще-то делает ставку на атомную энергетику и в этой области продолжает сотрудничать с Кремлем) значительно опережает остальные страны.
Ни один другой порт не получил больше поставок СПГ с Ямала, чем бельгийский Зебрюгге. В 2025 году 58 судов достигли этого терминала, поставив 4,2 млн тонн СПГ. За тот же период 51 судно достигло китайских портов, доставив 3,6 млн тонн. Таким образом, Бельгия получила больше СПГ с Ямала, чем Китай.
Две европейские судоходные компании составляют логистическую основу для «Ямал СПГ»: британская Seapeak перевезла 37,3% СПГ с Ямала на своих судах, а греческая Dynagas — еще 34,3%. Одиннадцать из четырнадцати танкеров типа Arc7, доступных для Ямала, принадлежат этим двум компаниям. Вместе эти две компании контролируют более 70% челночной торговли между Ямалом и ЕС.
Импорт Испании, который в прошлом году активно критиковали экологи, в 2025 году резко сократился, хотя и остается значимым. Порты страны приняли только 38 танкеров с СПГ с Ямала (2,8 млн тонн). В предыдущем году танкеров было 58, а привезли они 4,2 млн тонн СПГ.
Проект «Ямал СПГ» на Крайнем севере России является важнейшим экспортным терминалом Кремля и краеугольным камнем планов Владимира Путина по расширению экспорта СПГ. Однако его отдаленное арктическое расположение создает критическую уязвимость с точки зрения логистики: проект полностью зависит от специализированного флота, состоящего всего из 14 танкеров ледового класса Arc7.
Без этих судов деятельность «Ямала» полностью остановилась бы в непроходимые зимние месяцы.
Поскольку этот флот очень мал и специализирован, Россия должна держать танкеры на максимально коротких маршрутах, чтобы поддерживать рентабельную интенсивность экспорта. В настоящее время нет жизнеспособной альтернативы коротким маршрутам, ведущим к портам ЕС.
Разрешая этим арктическим судам разгружаться в Европе, ЕС действует как «логистические легкие»для Путина. Танкеры ледового класса быстро возвращаются в Арктику для погрузки нового газа, а не задерживаются на несколько недель в Азии. Россия пытается перенаправить часть объемов с помощью сложных перевозок «с судна на судно» (STS), но эти операции логистически сложны, ограничены по проводной мощности и требуют второго флота стандартных танкеров.
Россия располагает всего пятью экспортными терминалами, но остальные четыре в настоящее время не имеют отношения к Европе. Терминалы на Балтийском море «Высоцк» и «Портовая», а также «Арктик СПГ 2» – под санкциями. Терминал «Сахалин II», расположенный на ДальнемВостоке, обслуживает Китай, Японию и Южную Корею.
Так что все очень просто: ЕС может повлиять на «Ямал СПГ» решающим образом. Кроме того, в связи с изменением текущих чартерных соглашений ЕС должен действовать сейчас, чтобы не допустить перевода критически важных танкеров типа Arc7 в структуры «теневого флота» в конце года.
Продолжая бизнес с Москвой в области ископаемого топлива, Европейский Союз действует вопреки своим собственным санкциям, введенным против российской экономики. В кризисное время такая поддержка особенно важна для Кремля. Она убеждает Путина в том, что нет таких принципов, которые «западные партнеры» не продали бы за хорошие деньги.
Эта уверенность может оказаться фатальной ошибкой, если «западные партнеры» наконец начнут вести себя в соответствие с собственными политическими заявлениями о поддержке Украины. И может, тогда война закончится прямо в наступившем 2026 году.
