То заседание участники позже назовут «терапевтической ночью» — настолько эмоционально и правдиво лидеры говорили о сорок седьмом президенте США. Но публично они говорили другое.
Шесть месяцев спустя в Анкаре Трамп, сидя подле генсека НАТО Марка Рютте, сообщил о «колоссальной любви», разлитой в в зале заседаний. «Взрослые люди говорили мне это, — для журналистов поведал президент, — ну разве это не мило?»
Рютте сидел с каменным лицом.
От морального манифеста до протокола о намерениях
Итоговая декларация саммита уместилась в шесть параграфов. Первый провозглашает «нерушимую приверженность» статье 5, без определения «безусловная». Второй рапортует о 50 млрд евро новых военных закупок — это при дефиците в 870 млрд для замены выбывающих американских вооружений и британской армии, численно меньшей, чем при Ватерлоо. Пятый параграф об Иране: одно предложение именно в момент, когда иранские ракеты старались поразить американские базы в Кувейте и Бахрейне. Шестой благодарит Турцию за гостеприимство. Вопрос о членстве Украины в НАТО в декларации отсутствует. Механизм принуждения к выполнению статьи 5 отсутствует. Ответ на вопрос «кто командует, если США уходят из НАТО» также отсутствует.
Решимость и способность НАТО противостоять угрозам можно анализировать по принятым на саммитах декларациям. За четыре года войны был пройден путь от морального манифеста до протокола о намерениях.
Саммит в Мадриде 2022-го открывался словами «война вернулась на европейский континент» и требовал немедленного вывода российских войск.
Вильнюс 2023-го упомянул Украину сорок восемь раз и пообещал ей членство.
Вашингтон 2024-го назвал путь Украины «необратимым» и Китай «решающим пособником» российской агрессии.
Гаага 2025-го уложилась в пять параграфов: рекордно короткий документ, в котором Россия не названа агрессором, вторжение не упомянуто, а роль НАТО в поддержке Украины исчезла в пользу «суверенных обязательств» отдельных государств.
То есть декларации сжимались обратно пропорционально росту угроз: не потому, что угроз становилось меньше, а потому, что консенсус дороже истины. Каждый саммит покупал единство ценой конкретики. Каждая декларация говорила меньше о реальности и больше о желании ее не называть.
Между Мадридом и Анкарой лежат не четыре года крупнейшей европейской войны, а промежуток, за который произошла институциональная капитуляция перед фактами, которые альянс не решался произнести вслух.
Мы об этом предупреждали: трансатлантическая связь — не партнёрство, а брак по расчету: напряженный, транзакционный, балансирующий на грани недоверия и ненависти. Мы предсказывали крупный кризис на Ближнем Востоке, который станет переломным моментом и тестом на единство. Саммит в Анкаре стал институциональным оформление того, что уже было решено в январе 2026 года в штаб-квартире НАТО, прозванной «космическим яйцом».
Подарок за лояльность
А вот контекст Анкары — 81% европейцев не доверяют Трампу. РФ комплектует 17 новых дивизий для войны с НАТО. Заполнить американский пробел займёт 25 лет, прогнозирует The Chatham House. Это не кризис доверия, а структурный разрыв.
Саммит войдёт в историю прежде всего тем, что происходило в мире одновременно с ним. Пока лидеры НАТО подписывали декларацию о «железной» пятой статье, США наносили авиаудары по Ирану в 2000 км от зала заседаний. Иран, как уже сказано, атаковал американские базы в Бахрейне и Кувейте прямо во время саммита. Перемирие рухнуло, пока Рютте говорил про «более сильную Европу в более сильном НАТО».
Пока шли переговоры о единстве, Трамп назвал Испанию «безнадежно плохим человеком» и потребовал прекратить торговлю со страной — членом того же альянса, чью итоговую декларацию он только что подписал. А все потому, что Испания отказала США в использовании военных баз для ударов по Ирану. Это не просто дипломатический инцидент, а первый публичный отказ члена НАТО участвовать в войне, которую ведут США и Израиль.
Турция тем временем получила обещание истребителей пятого поколения как награду за «лояльность» во время иранской войны. Эрдоган обеспечил ее, выступив медиатором между Тегераном и Вашингтоном. Та же Турция, которая сохраняет российские зенитные комплексы С-400 и президента которой израильские источники обвиняют в получении утечки про операции Моссада. Та же Турция, чей президент, по словам Нетаньяху, «открыто призывает к уничтожению Израиля», получает самый современный американский истребитель как подарок за личную лояльность одному человеку — не стране и не альянсу.
Мы писали о том, что именно технологическая несовместимость станет причиной распада НАТО. Турция с российскими зенитными комплексами внутри натовской командной архитектуры и есть прецедент. Это не НАТО 3.0, а новая конструкция с российским программным обеспечением ракет и американским железом одновременно. И находится она в руках президента, который называет Израиль государством, проводящим политику геноцида и успешно медиирует между Вашингтоном (союзником Израиля!) и Тегераном.
Хороший пример для Путина
Сильный институциональный анализ дает Аркадий Мильман, бывший посол Израиля в РФ. Он видит смену нарратива. Три года Европа спорила о деньгах — и деньги нашлись. Теперь спорят о времени — когда запустят заводы, когда будут получены системы ПВО, когда возникнет единая цепочка поставок. Но есть самый главный вопрос, которого он не задаёт: кому доверять, пока ждешь? Саммит и на этот вопрос не ответил.
Хаменеи убит в войне, которую Трамп и Израиль начали в феврале. КСИР продолжает воевать. Удары по американским базам последовали прямо во время саммита. Это доказательство тезиса, который западные стратеги не хотят принять — что иранская институциональная выносливость переживет все: сорок лет санкций, убийство Сулеймани, Хаменеи и еще более 40 человек из верхушки. Система продолжает работать. Это хороший пример для Путина, кстати.
Бывший главком ВСУ Валерий Залужный написал на этой неделе Daily Telegraph об Украине: «Войны на истощение не создают очевидных победителей. Их исход определяется выносливостью». Но эта формула применима и к Ирану, и именно она опровергает Рютте с его победными реляциями из Анкары.
Бывший генсек НАТО Андерс Фог Расмуссен сказал на этой неделе: «Мы наблюдаем роспуск НАТО». Важное свидетельство не от аналитика или журналиста, а человека, который 5 лет возглавлял альянс. Его слова утонули в словесном потоке Трампа про Испанию и про «колоссальную любовь».
Единственный реальный результат Анкары почти незаметен: США разрешили Украине производить зенитные ракетные комплексы Patriot на ее территории, правда, неясно, это будут это PAC-2 или PAC-3. Похоже на настоящую революцию в композиции оборонной промышленности и логистики. Украина как оборонно-промышленная база Европы — именно эту идею мы закладывали в тексты про европейскую стратегическую автономию, определяя Израиль главным технологическим партнером Европы. Мы не учли, что теперь и Украина может совместно с Израилем стать и полигоном, и стратегическим ресурсом. Так всегда происходит, когда институт умирает: важное происходит тихо, громкие заявления не значат ничего. Потому что системы ПВО/ПРО нужны Украине сегодня, а не через четыре года — столько понадобилось Японии, чтобы по лицензии США начать выпускать десятки ракет в год.
***
Рютте заявил, что НАТО по-прежнему обеспечивает результаты. Но это не прогресс, а инволюция. Или деградация? Альянс не стал сильнее, но стал заметно тише.
Брак по расчету выжил. Это-то и страшно: выжил не благодаря единству, а вопреки его отсутствию.
